Дом на берегу океана

Но только в том случае, если океан абсолютно спокоен. Даже при волнении в два балла границы перехода начинали судорожно дергаться, а при четырех он и вовсе иногда самопроизвольно схлопывался. Но все же полученные результаты позволяли надеяться на дозаправку в пути. Если перережет шланг, не трагедия: ведь нетрудно сделать, чтобы насос при этом мгновенно выключился.

И значит, запас топлива можно брать не на весь путь от Хендерсона до Австралии, а с учетом промежуточных остановок, и то впритык, потому как на крайний случай останется возможность заправиться в океане. И теперь предполагаемый маршрут выглядел так: Хендерсон — Бассовы острова — Фиджи или Новая Зеландия — юг Австралии. Значит, вполне хватит дальности на одной заправке в четыре тысячи километров. То есть топлива потребуется всего тонны полторы, максимум две. А сам катамаран можно делать пятнадцатитонным.

На этом я закончил возню с проектом и объявил о начале строительства.

Через неделю после забития первых свай в землю дом для Жени был готов, и мы с ним сели слегка отпраздновать это событие. Островитян, понятное дело, не приглашали — нечего им привыкать к пьянству, праздник для всего племени с кока-колой и конфетами будет завтра. Впрочем, и мы в этот раз употребляли весьма умеренно, не сравнить с той попойкой, после которой Женя вдруг как-то незаметно для себя оказался в шестнадцатом веке. Но тем не менее основные традиции русской пьянки были соблюдены — она состоялась на кухне, это раз. И в процессе принятия алкоголя попутно решались мировые проблемы, это два.

— Все-таки нас слишком мало, — в порядке решения оных проблем выдал Женя.

— Для чего? Чтобы разболтать о возможности перехода между мирами всему свету — вполне достаточно. Как там говорил папаша Мюллер? «Вас виссен цвай, вист швайн» — «Что знают двое, знает и свинья». То есть тайна будет сохранена, пока туда-сюда шастает один. Она может быть сохранена, если к нему присоединится второй, только это уже не обязательно. Наконец, если ходоков станет трое, теоретически секрет может сохраниться, но это маловероятно. Если четверо — такой возможности нет даже в теории. Поэтому я не против привлечения сюда людей, согласных и даже желающих столь резко изменить свою жизнь. Но только при условии, что они согласятся на билет в один конец. Говорю сразу — среди моих знакомых кандидатов нет.

— А вот и ошибаешься! — возбужденно возразил Зябликов. — Помнишь, летом между седьмым и восьмым классом ты гостил у нас на даче? А потом туда приехал двоюродный брат матери, дядя Миша, и учил нас стрелять из здоровенного такого пневматического пистолета? Мы его еще и взводить-то не сразу научились, больно уж тугая пружина.

Действительно, было такое, припомнилось мне.