Окаянные девяностые

«Москва поставила крест не только на Березняке, но и на тебе, Коля», — заключил Раздольнов.

Его догадку подтвердил Иванов и мрачно обронил:

— Воронье слетается, чтобы отхватить куски от пирога Березняка.

— Если бы только от пирога Березняка. Аппетит приходит во время еды, как бы и нас не проглотили, — пошел еще дальше в своем предположении Астоян.

— Подавятся! — отрезал Раздольнов.

— Николай Павлович, пока не поздно, надо подключать связи в Москве, — торопил Иванов.

— Кого, Рохальского? Так он с Новоселовым два сапога пара!

— Остается Багин. Со связями Олега в администрации президента можно переиграть и Рохальского, и, тем более, Новоселова, — напомнил Астоян.

— Да, других вариантов не остается, — согласился Раздольнов и набрал номер.

— Я приветствую титанового короля! — в трубке раздался жизнерадостный голос Багина.

— Привет, Олег! Какой на хрен король, тут как бы башку вместе с короной не снесли.

— А что случилось, Коля?

— Бросай все дела и срочно ко мне!

— К чему такая спешка? На похороны Харламова нас, вроде, не приглашали.

— Олег, мне не до шуток.

— Так что произошло?

— Хреново наше дело! Продажная сволочь Новоселов за нашей спиной сговаривается с Гасаном и Меценатом на даче Аффнера!

— Как?! Но этого не может быть?! — не мог поверить Багин.

— Информация стопроцентная! Теперь понимаешь, какая пойдет игра?

— Вот же твари! Ну и сволочь же Новоселов!

— Олег, от этого не легче! Надо действовать! Дави на свои связи в Москве, пока нас не зарыли!

— Олег, растолкуй тем козлам наверху, что так дела не делаются! Это же полный беспредел! Если бабки нужны, отвалю сколько надо! Только не сиди, действуй!

— Я не давлю! Но ты же понимаешь, мы следующие после Березняка!

— Понимаю! Дай время.

— Шуруй, Олег! Шуруй! — подгонял Раздольнов и, закончив разговор, прорычал: — Твари! Еще не вечер, посмотрим кто кого!

Иванов, Астоян и Сова потупили взгляды, им нечего было сказать. Ситуация складывалась просто критическая. В случае, если партнеры-предатели Новоселов и Аффнер сговорятся с Меценатом и Гасаном, она грозила стать безвыходной. Воевать в одиночку против столь могущественных врагов было равносильно тому, что биться головой о стену. В ближайшие часы должна была решиться их судьба, и она зависела от результатов переговоров Багина с покровителями в Москве.

В сложившейся ситуации им ничего другого не оставалось, как только ждать. Раздольнов свернул совещание и, оставшись один, попытался сосредоточиться на делах, но все валилось из рук. Он с нетерпением ждал звонка от Багина. Тот хранил молчание.

Подошел к концу рабочий день, опустели кабинеты офиса «Урал-Грейта». Свет горел только в окнах генерального директора и охраны.