Лютая охота

Сервас рассказал о волосе, найденном в застежке маски, и об исчезновении Кевина Дебрандта, которого никто не видел в течение двух недель. О возможном его похищении в туннеле. Зато дальше воздержался сообщать Ногаре, что у них под подозрением полицейский. Хотя Ногаре, может, и набросился бы на эту кость, как умирающий с голоду.

– Нам необходима прослушка телефонов родителей. И еще обзор всех перемещений Кевина Дебрандта…

– Хорошо, – сказал судья.

– Есть, правда, еще кое-что.

– Что именно?

– Нам надо бы допросить Бернара Лантене и его жену…

В трубке снова наступила тишина.

– Вы уверены?

– Уверен. Кевин Дебрандт с подельником напали на них и пытались похитить из их собственного дома. Личность подельника не установлена.

– Да, я помню эту историю, – сказал судья.

– Это последняя история, в которую вляпался Кевин перед похищением. Нам нельзя будет упустить ни одного следа. Мы не случайно получили сразу двоих преступников, замешанных в этом деле. Оно явно имеет отношение к их прошлому.

– Хорошо, – сказал магистрат, – я вам пришлю запрос по почте. И будьте там поаккуратнее с Лантене. Он славный толстяк, – прибавил он, огорошив Серваса.

Тот ожидал под занавес какой-нибудь грубости, но ее не последовало.

19

Они стояли перед монументальной дверью на рю де ла Дальбад, в историческом центре Тулузы. Сервас подумал, что улица уж очень узкая, даже для той эпохи, когда она появилась: экипаж по ней точно не проедет. Зато декорирована коринфскими колоннами и украшениями в стиле тулузского Ренессанса.

– Черт, и кому охота жить в такой тесноте? – прокомментировала Самира, дожевывая сэндвич. – Мне бы их деньжищи… я бы себе купила хибару на Сейшелах."

"Было уже больше трех пополудни. Дождь прекратился, но небо все еще мрачно нависало над городом. Сервас удержался от соблазна ответить, что у него нет ни малейшего желания на пенсии валяться на пляже с мелким песочком и мазаться кремом от загара и что эти тесные уголки принадлежат к потайным местам Тулузы, за которые он ее так любит. Однако сегодня он увидел гораздо больше дверей с камерами и кодовыми замками, чем порталов с лепниной. Он читал протокол: камеру вывели из строя бомбочкой с краской, а код двое налетчиков набрали сами. Оказавшись в этом дворе, они ориентировались без тени колебаний: Кевин Дебрандт хорошо знал место. Ради этого он и стал ухаживать за дочкой банкира. Она ему и назвала код. Единственное, чего не смогли выяснить следователи, получилось ли это случайно или она была его сообщницей. Во всяком случае, против нее не было выдвинуто никаких обвинений.

Вдруг Мартену пришла одна мысль. В этом стоило покопаться: Муса Сарр был знаком с Арианой Амбрелот, Кевин Дебрандт был знаком с Аполлиной Лантене, обе папенькины дочки.