Лютая охота

Те болгары были явно не столь чувствительны и романтичны, как Радомил. Они выписывали людей из разных стран, предварительно выслеживая и отбирая их на местах из самых уязвимых слоев населения, и заманивали их, соблазняя землей обетованной. Привезя их во Францию, они забирали у всех паспорта, обращались с ними, как со скотом, и заставляли просить милостыню на площадях Де Миним и Пон-Жюмо. Тех, кто пытался сопротивляться, закалывали ножами, избивали до бесчувствия электрическим кабелем, привязывали на ночь к дереву или просто переезжали автомобилем. Сто шестьдесят агентов, из которых сто десять следователей, принимавших участие в операции, обнаружили обессиленных людей, покрытых ранами и рубцами. А их мучители в это время разъезжали в дорогих автомобилях и постоянно курсировали между Францией и Болгарией.

Служба безопасности тогда пригласила Серваса участвовать в операции, поскольку на нескольких мучителей пало подозрение в убийстве одного из их сотрудников, и расследованием этого дела занималась Уголовная полиция. Следя за ходом задержаний, он очень быстро понял, что, хотя Лемаршан и был всего-навсего капралом, именно он, благодаря своему опыту и бешеной активности, имел большое влияние на остальную часть группы. Правда, хорошего впечатления он не производил. Это был полицейский старой формации, в худшем смысле слова: закаленный в разных передрягах, наверняка не раз переступавший черту и зачастую забывавший о различиях добра и зла.

– В это время Лемаршан должен быть в комиссариате или на задании со своими ребятами, – сказал он. – Сначала надо удостовериться, что он не заявил о краже автомобиля. А потом дождаться, когда у него кончится рабочий день, и отправиться к нему домой, чтобы задать несколько вопросов. Полицейские обычно более уязвимы дома. И потом, я не хочу, чтобы кто-нибудь из его коллег увидел, что мы с ним беседуем. Я знаю этот тип людей. Он человек бывалый, старая гвардия, а старой гвардией командовать трудно…

Он достал телефон и позвонил судье Ногаре.

– Ну что, майор, – зазвучал на другом конце ехидный голос, – какие исключительные результаты нынче представит мне полиция? Горю желанием узнать.

Его сарказм не укрылся от Серваса. Ногаре никогда не упускал случая поддеть сыщиков. Это было сильнее его. Сервасу очень захотелось поставить его на место, но он знал, что дальнейший ход расследования во многом будет зависеть от доброй воли следственного судьи.

– Возможно, у нас будет еще одна, – выпалил он, не раздумывая.

– Еще одна? Я не люблю загадок, майор.

Сервас выругался про себя.

– Еще одна жертва… Возможно, юный Муса Сарр был не единственной дичью этих… охотников.

В трубке помолчали.

– Объясните, пожалуйста.