Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

Настолько пугаюсь, что даже вскрикнуть не могу.

Под тяжестью тела кряхчу и падаю на пол вместе с незваным гостем, стараясь не оказаться придавленной и без возможности выбраться. Роувард, я узнаю его по запаху. Напился, что ли? Или так устал?

Перекатываюсь набок сама, выбираясь из-под дракона, а потом переворачиваю его на спину и зажигаю свечу.

— Да что вы… себе позволяете.

На этих словах я осекаюсь и понимаю, что вот теперь-то я по-настоящему испугана. По белоснежной рубашке Роуварда растекается огромное темное пятно.

Глава 23. Роувард Даррел

Светловолосая девчонка, которую мне отдали как вещь, никак не выходит из головы. Я как будто до сих пор чувствую, как скользит шелк ее волос в моих пальцах. А эти огромные глаза: они как озера, в которых хочется утонуть.

Даже в полумраке чердака, кажется, я видел кристальную голубизну и отблеск внутренней силы. И волнение Марики. Такое нежное, трепетное. Сомнения, страх и в то же время доверие. Нежное, хрупкое, как цветок, который нужно оберегать от невзгод.

И мне хочется, отчаянно хочется ее защищать. Даже несмотря на то, что я точно знаю, она очень многое скрывает. Повезло же Ксаррену с его даром видеть истину: хотел бы я сейчас увидеть, что в голове у этой неугомонной.

Думал, что прибуду сюда, и у меня будет только одна проблема: выяснить, откуда берутся артефакты, способные воздействовать на драконов. Даже когда мне отдали девчонку, продолжал предполагать, что припугну ее, и она носа своего не высунет из комнаты.

А на деле… Сам не могу держаться от нее подальше. Рядом с ней я как будто становлюсь нормальным драконом. Если такое возможно, конечно. Я словно слышу ворчание Ригеля, своего дракона, когда заглядываю в глаза Марики или касаюсь ее.

Это все фантом, конечно. Такого не бывает и быть не может, потому что известно, раз утратив дракона, его больше не восстановить. Мы с Тарденом пытались что-то найти в книгах, но… только какие-то сумрачные намеки, доверия к которым нет никакого.

“Я почти ничего не видела и мир знаю по чужим рассказам. Как я могу сама определиться?” — все еще крутится в голове фраза Марики. Зато я уже где только не побывал и знаю так много, что король не готов отпустить меня со службы.

Надо здесь быстрее все закончить, и тогда я покажу ей мир. Раз уж она все равно ко мне привязана нерушимой меткой. Не люди, а звери…

Руди сказал, что мануфактуру окутывает пар. Когда я был, пара не было. Значит, или это какое-то временное производство, которое я просто не застал. Или… они не хотели, чтобы я это видел.

Но и то, и другое означает одно: мне надо проверить все самому. Без лишних свидетелей и ушей. Днем это сделать практически невозможно: все подходы к мануфактуре слишком хорошо просматриваются. Это значит только одно: надо сделать это сейчас.