Огненный тыл

"

"– Боже мой… Давайте просто перебежим.

– Нельзя, нас много, а шапок невидимок не выдали.

Своим он тоже подал отчаянные знаки – сгиньте в кусты, не толпились.

То, что дорога окажется именно здесь Шубин не ожидал, теплилась надежда, что она под контролем советских войск, но, похоже, надежда не оправдалась. Подбежала запыхавшаяся Екатерина, Дубровский снова заговорил ей зубы, они отстали. Что это было – рождение нового, совершенно неуместного чувства. Женщина суетилась, только мешалась. Дети забрались в кустарник, захныкали. Павлик Рудаков возмущённо шипел:

– Девчонки, неловкие неумёхи, да просто дуры, что с них взять?

Нарастал характерный шум, делался громче, нервировал как падающая мина. Смертин скорчился под откосом, превратился в невнятное придорожное пятно, Шубин рухнул плашмя, благо на просеке было что использовать в качестве укрытия.

Прошла грузовая машина, в кузове гоготали солдаты. Шубин стиснул зубы – цивилизаторы хреновы! Шум затих, лейтенант устремился к дороге, повалился на выходе из кустарника, дальше полз, прижимаясь к земле, перебежал под водосток, свернулся как змея. Дорога была приличная – щебёночно-грунтовая, с глубокими водоотводными канавами.

– Немцы как у себя – по штрассе разъезжают, – процедил Смертин.

– Куда ведёт дорога, товарищ лейтенант?

– Без понятия, Иван. Это не имеет значения, нам надо перебраться через неё.

– Надо, значит переберёмся, – Смертин снова был невозмутим как сфинкс. – На обратной стороне такой же ивняк и просека продолжается. Сколько времени потребуется, чтобы перебежать?

– Не знаю, Иван… Одним нам – за шесть секунд бы метнулись, а с этими цыплятами, да ещё плюс подходы к дороге – в минуту не уложимся.

– Хреново, товарищ лейтенант. Только на удачу можно рассчитывать.

Красноармеец был прав – приходилось полагаться только на удачу. Искать переход в другом месте – чем он лучше? Глеб обернулся – просека маячила перед глазами, разведчики сливались с местностью – за них тревоги не было, но что делать с малолетним выводком?

Из кустарников высунулось вихрастая голова – Дима Рудаков, заблестели любопытные глазки, показалась рука, Лида стала запихивать будущего командира Красной Армии обратно. Шубин вытянул шею, бегло смотрелся – местность, в принципе, открытая, в округе сплошной кустарниковый покров высотой около двух метров, лес в стороне. К югу ленточка дороги тянулась в бесконечность, просматривалась почти на два километра. Справа хуже – метров триста и входила в поворот – опасность могла возникнуть только с севера. В округе царила безлюдье, за северной обочиной продолжалась просека шириной в два метра – торчали пеньки, облепленные зелёными побегами, вился молодняк, который можно было просто раздавить.