Крылья огненных драконов

 – У его милости тоже все хорошо.

– Его милость – другое дело, он – человек, – не сдавался Углук. – А мы – ты, я и Аркуэнон – не люди.

– Мне трудно уловить твою мысль, Углук, – сказал Каспар, которого утомили ни на чем не основанные выводы орка. – Но что ты предлагаешь?

– Я предлагаю идти на Скотскую площадь…

– На Скотную, – поправил Каспар.

– Да, на Скотную. В здание Купцового собрания.

– Купеческого. А потом забраться на чердак и поискать Аркуэнона там, где мы нашли его в прошлый раз?

– Правильно, ваша милость! – обрадовался орк. – Вы необыкновенно умный! Гном бы меня не понял!

– Да уж где мне тебя понять, – проворчал Фундинул.

52

Разумеется, Каспар не принял всерьез доводы Углука, однако говорить об этом ему не стал, решив, что ничего не случится, если они сначала посетят Скотную площадь, а уже потом пройдутся по всем кабакам, от «Вазы» до «У пруда».

И снова, привлекая всеобщее внимание, Каспар и двое его друзей прошли через Рыночную площадь, затем по улице Красных лилий добрались до переулка Кожевников и по нему вышли на Скотную площадь.

Всю дорогу Каспару приходилось одергивать Фундинула и Углука, которые без устали затевали склоки. А вид лошадей, коров и овец давал им много новых возможностей сравнить друг друга с тем или иным животным. Наконец терпение Каспара иссякло.

– Все, хватит! – сказал он. – Теперь каждое новое оскорбление я буду карать штрафом. Надеюсь, не забыли, сколько снимается с провинившегося?

– Один дукат, ваша милость, – сказал Фундинул.

– Бешеные деньги, – вздохнул Углук.

– Вот и отлично. За склоки будете расплачиваться.

С зажатыми носами троица прошмыгнула мимо загонов, где томился выставленный на продажу скот, и вышла к зданию Купеческого собрания, у входа в которое теперь дежурил дородный стражник.

Увидев орка и гнома, он хотел было перегородить им дорогу, однако решительный вид Каспара заставил его посторониться.

– Вы его напугали, ваша милость, – заметил гном, когда они поднимались по лестнице на верхний этаж.

– Его милость кого угодно напугает, – льстиво добавил Углук, которого ужасала мысль, что за оскорбление какого-то гнома из его жалованья могут вычесть золотой дукат. И за кого? За гнома! В сознании орка это просто не укладывалось.

Наконец они оказались на чердаке, где было темно, душно и очень пахло голубями.

Каспар едва сдерживался, чтобы не обругать Углука – ведь только по его милости они вынуждены дышать этой вонью. В воздухе вились какие-то мошки, норовя сесть на лицо, а свет проникал лишь через слуховые окна, которых здесь было не так много.

Добравшись до одного из таких окон, друзья остановились – здесь Аркуэнон раскладывал свои припасы в прошлый раз.