Огненная кровь. Том 2

Но ты видела эту силу вокруг Иррис, говорю же, я не знаю, откуда она взялась. Что-то или кто-то заставляет её отвечать — ведь сам по себе Поток всегда в покое. И, надеюсь, ты понимаешь, что её нельзя оставлять вот такой — неуправляемой. А Себастьян не может ею управлять.

Эверинн подошла к окну и распахнула шторы, яркое утро ворвалось в комнату, ослепив и заставив зажмуриться обоих. Она посмотрела на гору, столб дыма поднимался ровно такой же, как и вчера. Потом обернулась к брату и спросила серьёзно:

— И что, по-твоему, мы должны сделать? Ты ведь что-то придумал уже, я же вижу.

— Есть другой путь, Эв. Но тут мне понадобится твоя поддержка.

— Проклятье касается только Салавара и его детей, но не касается меня, тебя, Тибора и Грегора…

Эверинн усмехнулась и продолжила за него:

— …и, разумеется, из нас всех, ты — единственная достойная кандидатура на место верховного джарта?

— …и я могу жениться на Иррис, завершить ритуал и соединить Поток с собой и нашим Источником на благо прайда. Никакого проклятья, никакой борьбы. Я — брат Салавара, Заклинатель огня и прайды меня уважают. А наши дети дадут новую ветвь дому Драго, избавив его от проклятья Салавара, — закончил за неё Гасьярд, глядя ей прямо в глаза. — Но ты должна меня поддержать, Эв. И если меня поддержишь ты, Истефан, Грегор, Тибор…

— А захочет ли Иррис выходить за тебя замуж? — прервала его Эверинн.

— А у неё нет особого выбора, Эв, — Гасьярд встал и подошёл к сестре, — я же составлял договор о помолвке.

— И? — прищурилась она.

— И он лишает Иррис права выбора… при определённых условиях.

— «Определённых условиях»? А как же отклик? Чувства? Ты что же, принудишь её силой? Разве так ты сможешь добиться желаемого?

— Она очень разумная женщина, поверь, и поймёт, что так лучше для всех. Когда она соглашалась на помолвку, она знала нас всего один вечер, и отсутствие чувств не мешало ей согласиться. Она может поначалу меня не любить, но моей любви хватит на нас обоих, — ответил Гасьярд тихо.

— Твоей любви? — спросила Эверинн недоумённо, а затем на лице её появилось понимание, и она воскликнула. — Ты же не… о Боги! Гас? Ты же не влюблён в невесту своего племянника?

Гасьярд метнул на неё холодный взгляд серых глаз, отошёл к другому окну и произнёс задумчиво:

— Нет… Но… Я влюбился в Регину Айфур в тот день, когда приехал сватать её за Салавара. Если уж говорить о проклятьях, Эв, то нет худшего проклятья, чем любить невесту своего брата. Ведь это именно я должен был совершить ритуал, соединить их, держать их за руки… Это было… невыносимо, — он разглядывал гору и море в лёгкой дымке раннего утра, — Иррис очень похожа на неё, и я как будто снова вернулся на двадцать пять лет назад. Так что мне есть чем зажечь в ней огонь, Эв.