Лондон в огне

Но они сегодня в благодушном настроении. — Маргарет невесело рассмеялась. — Вы правильно сделали, что отдали им кошелек.

Моя рука дрожала, на лбу выступил пот, а Маргарет все вела меня через лабиринт улочек и дворов. Я почти сразу же запутался — единственным ориентиром оставалась река, иногда мелькавшая между домами.

Мы вошли в маленький дворик, окруженный домами из крошащегося, покрытого пятнами копоти кирпича. На каменных плитах у нас под ногами лежал слой пепла. Мальчик лет четырех-пяти сидел на корточках в грязи и справлял нужду. На нем была одна рубашонка, ручки и ножки тонкие, будто куриные косточки. Не глядя на нас, малыш сложил ладони ковшиком, прося милостыню.

— Вот наш дом, — произнесла Маргарет. — Нам в ту дверь."

"Она провела меня внутрь, и мы вошли в комнату на первом этаже площадью меньше шести квадратных футов. Единственное окошко было крошечным, вместо стекла к раме прибита тряпка. К моему огромному облегчению, я сразу разглядел в полутьме отца — он сидел на полу, прислонившись к стене. Рядом с ним расположился второй мужчина — ему отняли правую ногу ниже колена, и вместо нее он носил деревяшку.

При моем появлении отец прищурился и устремил взгляд на меня.

— Джеймс, где тебя носило? — капризным тоном поинтересовался он. — Тебе давно уже следовало прийти. Этого джентльмена зовут Сэмюэл. Мы с ним обсуждаем возможную природу Армагеддона, и наша беседа дала бы тебе много пищи для размышлений.

— Все хорошо? — шепотом спросила Маргарет.

— Кстати, о пище, — тем же недовольным тоном продолжил батюшка. — Должен заметить, я проголодался.

— Пока тебя не было, никто не приходил, — ответил Сэм.

— В Бараньем переулке мы повстречались со Скалой и капитаном Бойдом, — сказала Маргарет. — Господин Марвуд отдал им свой кошелек.

— Досадно. Однако решение мудрое.

Моряк устремил на меня пристальный взгляд. Постепенно мои глаза привыкали к полумраку. Я разглядел длинный кинжал без ножен, лежавший на полу рядом с мужчиной. С другой стороны я заметил выглядывавший из-под складок камзола пистолет, — видимо, он у хозяина всегда под рукой. Неподалеку стояла небольшая глиняная бутылка.

— Спасибо, что были так добры к моему отцу, сэр.

— А я благодарю вас за то, что вы были добры к моей жене.

Я представлял себе мужа Маргарет этаким затравленным зверем и опустившимся пьяницей, во всем зависящим от жены. Но хотя Сэмюэл Уизердин действительно был калекой, да и спиртным наверняка злоупотреблял, этого человека язык не поворачивался назвать жалким.

— Заберите его отсюда побыстрее, — обратился он ко мне. — Здесь не место для старика. Тем более для такого.

Я спросил у отца:

— Вы можете ходить, сэр?

Батюшка удивленно взглянул на меня:

— Разумеется. Скоро ужин?

— Без поддержки — нет, — ответил мне Сэм.