Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3

Охрана… Мощные черные вэны, набитые вооруженной профессиональной охраной, едущие впереди и позади нас по выделенной для специальных служб, разнообразного имперского высокого чиновничества, а также лиц дворянского сословия, полосе. В этой Москве, такой законопослушной и не знавшей «святых девяностых», они выглядели совершенно чужеродно. Прохожие, а также, стоявшие в пробках автомобилисты, фотографировали наш кортеж. Члены Семьи, сколько я себя помню в этом мире, всегда передвигались с охраной. Но нужна она была, по сути, для защиты от психов или просто пьяных, ну и основное ее назначение — демонстрация нашего высочайшего социального статуса и финансового благополучия, но сейчас…

Сейчас все было иначе. Сейчас наш картеж напоминал скорее армейский конвой, мчавшийся по «горячей точке» и ожидавший, что в любой момент может быть обстрелян. И я вполне могу допустить то, что подобное и впрямь может произойти в один прекрасный день.

Прислонившись щекой к стеклу, наблюдал за жизнью снаружи. За людьми, что спешили этим ранним утром по своим делам.

Два мира. Два параллельных мира. В одной стране. В одном городе.

Мир простых обывателей, чья жизнь абсолютно спокойна, размерена и защищена государством от всевозможных потрясений, как физических, так и финансовых. Я не удивлюсь, если большинство здешних жителей за всю свою жизнь ни разу не слышали (не говоря уже о том, чтобы видеть) про акты насилия на улицах какого-либо из городов Империи, вроде той перестрелки у нашего офисного здания, даже из сообщений в местной Сети.

И мир здешней аристократии. Причем далеко не всякой. А тех ее представителей, что ближе к немыслимым деньгам и к невообразимой власти.

Впрочем, и среди Семейств политико-экономической элиты этого государства уже долгое время, судя по всему, существовал некий баланс. Те, из сильных мира сего, кто мог что-либо урвать — уже давным-давно это урвали. Что могли поделить меж собой — уже поделили. И места, которые было возможно занять — все уже заняты, кем надо.

А теперь, не без помощи Государя и его верной подручной — моей «матушки», устоявшийся баланс сил изменился. И совершенно не важно, действительно ли или же мнимо. А раз так, то появилась возможность, и обязательно найдутся те, кто вновь станет пытаться рвать и делить, такова природа вещей. И что характерно, рвать и делить предполагается, в том числе, Филатовых и их активы. А также, присваивать занятые ими рынки. И все это означает, что Кайа, как часть своей Семьи и как ее собственность, запросто может пострадать в намечающейся схватке. Или даже погибнуть…

Я, оторвав взор от окна, взглянул на «матушку». Та, с расслабленным выражением на лице, читала какой-то дамский роман."

"…а схватка уже началась.