Одна тень на двоих

Предполагалось, что тонкий и хорошо образованный Данилов «про убийства» читать не может, а только исключительно «про что-нибудь высокое», а Марта позволяла себе и детективы, и любовные романы, и Гарика Сукачева, и сериал «Друзья» по воскресеньям.

Друзья, друзья… У Данилова нет никаких друзей, кроме Марты. Он и повез ее на эту чертову дачу потому, что ему больше некому было показать свою работу, не перед кем похвастаться, и хотелось получить одобрение именно Марты.

Пора перестать думать о Марте. Пора подумать о том, что у него есть «из улик», как это называлось все в тех же романах.

Записка — одна, та, что была прислана Марте. Свою — Данилов усмехнулся — он отдал охраннику Диме для представления шефу. Видеокассета «Сони», вставленная в магнитофон вместо кассеты «BASF». Следовательно, «BASF» остался у преступника — железная логика.

Найдите человека с видеокассетой «BASF» в портфеле, он-то и будет злодеем.

Иронизировать легко, но искать-то все равно придется!

Надпись на стене, сделанная голубой краской:

«Это только начало». Какое начало? Начало чего? Зачем это написали? Для кого это написали — для Данилова или для службы безопасности Кольцова? Или Для самого Кольцова?

И еще.

Данилов сел за стол и притянул к себе плоскую деревянную тарелочку, крошечную, разукрашенную резьбой и узорами, — родительский подарок то ли к Дню свадьбы, то ли к дню рождения. На желтом дне болталась янтарная пыль.

Данилов высыпал ее на стол, получилась небольшая горка. Он потрогал горку пальцем. Откуда на полу в доме Тимофея Кольцова мог взяться янтарь? У охранника был брелок с янтарем или это потерял преступник?

Что за машина выехала им навстречу с заброшенной дороги? Имеет эта машина отношение к делу или нет?

Как же это у них получается, у лихих сыщиков из книжек и кино?

Есть пять подозреваемых. Данилов поморщился и закурил.

Лида, Знаменская, Веник, Ира, Саша и Таня.

Лида и Знаменская не в счет. Или… в счет?

Он очень рассердился на себя, с преувеличенной осторожностью ссыпал крошки обратно на крохотную тарелочку и вернул тарелочку на полочку. И аккуратно потушил сигарету, выбросил окурок и ополоснул пепельницу.

Все должно быть в порядке. Правила есть правила. Пора собираться и ехать.

Данилов собирался к Венику очень долго, старательно растягивая ставшее резиновым время. Он долго выбирал свитер, долго надевал его, долго рассматривал свою физиономию в зеркале, прикидывая, побриться ему или не стоит. По правилам в воскресенье можно было не бриться, но визит к Венику требовал соблюдения этикета и нарушения правил.

Бриться Данилов не стал. Пришлось бы начинать сначала всю канитель с раздеванием и последующим одеванием, а бриться в свитере было не по правилам.