Одна ночь в Венеции

«На ее месте Амалия Корф, – мелькнуло у него в голове, – непременно сказала бы, что беседа с представителем полиции по определению не может быть неофициальной».

– То есть то, что я скажу, останется между нами? – настойчиво спросила Туманова.

– Боюсь, вы будете меня порицать, – вздохнула Мария. – Я действительно была увлечена графом. Признаюсь, это дурно, я ведь замужняя женщина, и у меня двое детей, но… так все получилось.

– Вы давно знали графа Ковалевского?

– Несколько лет. Мы собирались пожениться… и он женился бы на мне, будь я свободна. Но я не могу получить развод, потому что мой муж против, а у нас, повторяю, двое детей. Жизнь иногда бывает очень нелегкой.

– Скажите, у графа были враги? Кто-нибудь, кого месье Ковалевский опасался, или кто мог что-то выгадать после его смерти…

– Враги? – Мария Туманова повела ослепительно-белыми плечами. – Не думаю. Может быть, появились, когда мы с Полем уже расстались, но прежде я не замечала, чтобы он кого-то опасался. То есть не помню ничего в таком роде.

– А когда вы расстались с графом?

– Несколько месяцев назад. Он приревновал меня к моему кузену… Впрочем, Поль вообще был ревнив, хотя, когда мы с ним познакомились, утверждал, что ревность – та же глупость, только еще хуже. В начале нашего знакомства граф был очень мил, но потом с ним стало весьма… непросто. Он хотел, чтобы я принадлежала только ему. И, думаю, если бы это зависело от него, просто запирал бы меня на ключ и никуда не выпускал. Глупо так себя вести в наше время. И к тому же недостойно. Конечно, я пыталась его убедить, что его подозрения ни на чем не основаны, но положение становилось только хуже. Какое-то время мы продолжали встречаться, однако в конце концов…

– Скажите, сударыня, когда произошел ваш окончательный разрыв?

– После Нового года. В январе… нет, в феврале, кажется. А почему вы интересуетесь?

«Правильно, – сказал себе комиссар, – в марте мадам пришлось отказаться от выезда и перебраться на новую квартиру».

– То есть вы не виделись с ним более двух месяцев?

– Мы больше не встречались, но, разумеется, я изредка видела его в опере или у общих знакомых.

– А ваш муж, сударыня, знал о ваших отношениях с графом?

На лицо Марии Тумановой набежало облачко.

– Конечно, его родственники ему все обо мне доложили, – ответила женщина с отвращением. – Как же иначе!

– Ваш супруг никогда не угрожал графу? Не обещал, к примеру, убить его?

Мария подняла голову и посмотрела на комиссара с нескрываемой иронией.

– Если вы еще не знаете, сударь, мой муж, когда выпьет, грозится убить весь свет. Но стоит ему проспаться, он становится кротким, как ангел. Кроме того, какое отношение мой супруг может иметь к убийству? Его не было во Франции.