Одна из тысячи звезд

Ну, все, урод, ты допрыгался! Недолго думая, быстро отодвигаю Селину в сторону и хватаю его за еще не опустившуюся руку в притворном рукопожатии, дергая на себя. Второй рукой быстро и точно ударяю в правое подреберье, в печень, наслаждаясь его болезненным выдохом и скрюченной позой, потом, хлопая по спине, как старого и любимого друга, шепчу ему на ухо.

— Вы, Мразь Дмитриевич, свой рот лучше прикройте, а то я могу передумать и челюсть прям сейчас подправить. Так что молча проваливайте отсюда, пока ещё можете ходить, и свое сопровождение тоже прихватите, — посоветовал я и отпихнул его от себя. — Она же только моя!

Этот шакал, криво ухмыляясь и слегка сгорбившись, поплелся на выход, а я убеждал себя, не пойти за ним, чтобы по-тихому прикончить в стоящем неподалеку леску. Почувствовав пальцы девушки на своей руке, очнулся от сладкой и кровавой фантазии. Повернувшись к ней, обнял, вжимая в своё тело, желая спрятать ее там навсегда, чтоб ни одна тварь не увидела и не забрала мою звездочку.

— Крох, извини, но этот полный игнор моего присутствия меня добил!

— Все нормально, но зря. Вон неподалеку стоит парочка, могу поспорить на что угодно, но это журналисты, и завтра появится какая-нибудь сенсационная статья обо всех нас. Уверена, что дерьма в ней будет больше пятидесяти процентов.

Посмотрел в указанную девушкой сторону. И правда, неприметная парочка стояла в обнимку около высокого памятника через аллею от нас, в руках у девушки был какой-то предмет, который она старательно прятала между ними. Взглянув в нашу сторону, девушка быстро подняла с рядом стоявшей скамейки свою сумочку, и они пошли по своей аллее в сторону выхода.

— Так, мы сейчас быстро прервем полет этих говнистых чаек! — успокоил Селину, доставая мобильник, чтоб попросить охрану, оставшуюся снаружи кладбища, перехватить этих «скорбящих».

— Дан, не надо, пусть уходят, — попросила девушка, удерживая мою руку с телефоном. — Пусть пишут, что хотят, мне все равно, а вот если эти чайки начнут выступать с требованиями свободы слова и печати и верещать об их незаконном удержании, то дерьма еще больше прольется на наши головы.

В принципе, Кроха была права. Это не я планировал баллотироваться в административную верхушку этого города, так что отрицательная популярность меня не пугала, а даже, как говорится, любое упоминание в СМИ — это уже реклама. С остальным дерьмом будет разбираться мой PR- менеджер, зря что ли я нанял эту девочку- акулу.

Мы продолжали стоять в обнимку на промозглом осеннем ветру. Почувствовав легкую дрожь в теле Селины, я укрыл ее полами своего расстегнутого пальто, бурча под нос о ее недальновидности, одевать в такой ветер лишь тонкий плащ.