Одна из тысячи звезд

— Пашуль, ты присаживайся, а то у меня шею переклинит, если буду любоваться на тебя из такого положения.

Парень быстренько уселся на кровать, мирно сложив руки на колени. Черт, ну, детский сад… кивнула ему головой, чтоб начинал вещать истину, от которой, судя по всему, его распирало.

— Мой лечащий врач сказал, что в принципе может отпустить меня домой, но только с Вашего письменного согласия.

Ааа, правильно! Своих пациентов-клиентов я разрешала выписывать только после личного осмотра. Не то чтоб я не доверяла врачам нашей больницы, но мне хотелось быть уверенной на все сто процентов, что лечение проведено правильно и никакие осложнения впоследствии не выстрелят мне в голову в прямом и переносном смысле этого выражения.

Улыбнулась и сделала парню знак рукой, чтобы тот продолжал свою мысль.

— Ну, так, может, отпустите? — и эти знаменитые глазки мультяшного кота, к черту продюсера этого опуса.

— Паш, так рановато тебе… — начала я, но тут в голове появилась хорошая идея о совмещении приятного для парня и полезного для меня.

Дверь палаты закрыта, так что мои «интерны» не должны услышать. Указательным пальцем поманила к себе парня, желающего свободы от больничного уклада, и, когда тот нагнулся ближе ко мне, озвучила свою мысль.

— … Но я могу тебя завтра выписать за небольшую тайную услугу лично для меня.

— Да без проблем. Для Вас что угодно.

— Мне нужен пистолет, не очень большой. Сможешь? — тихо спросила я.

Павел удивлённо замер, а потом нахмурился, явно пытаясь найти причину моей просьбы.

Ха, я сама не знала, но после нападения на меня в родном кабинете мысль обзавестись оружием возникла сама, а теперь эти угрозы Маркелова. Я определенно хотела иметь возможность защищаться и самой, а не только надеяться на охрану Даниила, они в первую очередь тоже люди.

— Селина Арнольдовна, а зачем вам оружие? Если Вас обижают, вы только скажите, и мы с ребятами …

— Ой, не надо! — перебила я парня. — Меня никто не обижает, считай, что это мой каприз. Участвуешь?

— Хорошо, договорились. Я достану пушку без документов, без истории… так что если пальчики свои уберёте с него, то ни одна ментовская шкура не подкопается. А вы хоть стрелять-то умеете?

Лицо серьёзное, взгляд напряженный, значит, не прикалывается, а правда волнуется, как бы я тут себя и еще полгорода одной обоймой не порешила."

"— Паш, все хорошо! Я стрелять умею, в юности училась, даже неплохо получалось. Сейчас, конечно, не тренируюсь, так как я, вроде бы, спасаю жизнь, а не лишаю ее. Мне просто для самообороны, — успокоила парня, мягко улыбаясь и примораживая взглядом.

Он глазки опустил и согласно закивал, вот и замечательно.

— Ну, счастливец, завтра на выписку, а сейчас снимаем портки и укладываемся на постельку, я осмотрю твои царапины.