Одна из тысячи звезд

Простите, Даниил Александрович, но не пошли бы … — она глубоко вдохнула для выплеска новой порции обвинений, но мой взгляд непроизвольно зацепился за декольте ее платья. — Все, с меня достаточно, можешь пойти и делать мозги своей секси-секретарше, а я эту брехню слушать не хочу. Нет, ты погляди, ему ж мало полчища безумных дур, так у него и на работе скоро бордель будет, а мне, значит, отведена роль невесты-рогоносицы. Так что ли?

И в меня полетела газета, отклониться успел, но с меткостью у этой дьяволицы точно все в порядке, судя по всему, метилась в голову.

— Сволочь ты, Арчинский! Я не собираюсь быть твоей оленихой, я ухожу, а ты можешь трахать все, что тебе захочется.

И в конце фразы очередной снаряд в виде увесистого журнала, пролетавшего рядом с моей головой. Ну, все, коза, допрыгалась! Не знаю, какой реакции она ждет от меня, но я уже не мог думать ни о чем другом, кроме как задрать на этой злой фее платье и показать использование офисной мебели не по назначению. Ее взбешенный вид, строгое облегающее платье, огромные шпильки и, я почти уверен, чулки невероятно меня возбуждали. Все-таки она была единственной в мире девушкой, чьи крики на ультразвуке, смешивающие меня с дерьмом, заводили за минуту.

Я так резко встал, что кресло откатилось и ударилось о стену. Огибая стол, я быстро хватаю уходящую Селину за локоть, дергаю на себя почти вплотную. Она фыркнула и, сощурив убийственно-холодные глаза, промолчала, сложив руки на груди, отчего та стала еще приметнее. Бл*ть.

За счет каблуков она доставала мне до плеча, так что я чувствовал ее неровное дыхание на своей шее, чувствовал ее запах и прямо-таки ощущал ее агрессию через воздух. Ее дикая сексуальность в миллиметре от меня снесла мой мозг окончательно.

— Значит, трахать все, что мне захочется?! — и подхватил ее под попу, поднимая вдоль своего тела, ближе к своему лицу.

— Арчинский, Халк перекрашенный, ты какого хр… — и я закрыл ее рот своим в привычной манере.

Эта чертовка укусила меня за нижнюю губу, постучала кулаками по плечам и даже ногами немного подёргала, но в узком платье ей было неудобно меня пинать.

Продолжая яростно поглощать ее рот, усадил ее на край стола, по пути сдвигая все, что там было, с грохотом на пол. Раздвинул ноги, сдвигая по бедрам платье, чувствую под ладонями шёлк и кружево ее чулок.

Кроха схватила меня за лацканы пиджака и отдернула от себя.

— Что за ерунду ты придумал? — крикнула она, пытаясь оттолкнуть меня сильнее и слезть со стола. Черта с два я ей это позволю!

— Делаю то, что ты и сказала! А так как трахать, кроме тебя, я никого не хочу, так что, милая моя, придется отвечать за свои слова, — и, перехватив ее запястья, завел за спину, удерживая там одной рукой, а второй продолжил начатое ранее исследование.