Одна из тридцати пяти (СИ)

Эта просьба была проигнорирована, поэтому я выпалила:

— Не могли бы вы хотя бы посмотреть на меня? — сказала, а у самой сердце подскочило к самому горлу.

И он посмотрел — темные глаза завораживающе блеснули. Я вжалась в спинку стула, а Райт усмехнулся.

— Что-то не так, Джина?

Да, он знал, как его прожигающий волнующий взгляд подействовал на меня. Один лишь взгляд, в котором схлестнулись искушение, желание, призыв. Волна обжигающих мурашек прокатилась по телу, и дышать стало сложнее. Воздух в кабинете вдруг закончился.

Мой взгляд скользнул по напряженной фигуре мужчины. Одну руку Берингер убрал в карман брюк, стоя передо мной в пол оборота. Прядь черных волнистых волос упала ему на лоб, подбородок покрывала щетина.

Находиться с ним в комнате один на один не так просто, как я думала.

— Очень жарко… — вырвалось у меня сипло.

Уголок его губ насмешливо изогнулся. Казалось, он понимает все то, что происходит со мной.

— Воды, милая? — голос изменился, стал уверенным, дразнящим.

Я думала, что могу вынести любого Берингера — насмешливого, злого, торжествующего. Но я ошиблась. Этот мужчина — самоуверенный, властный — заставлял мое сердце трепыхаться и изнывать от странной жажды. Я наблюдала за его руками, когда он взял графин и наполнил водой бокал. За руками, покрытыми шрамами. За грубыми пальцами, которые сейчас являлись воплощением нежности и аккуратности."

"— Достаточно? — спросил мужчина низким спокойным голосом, в котором послышались отголоски торжества. Вода достигла краев, и я вымолвила едва слышно:

— Хватит.

Спокойные размеренные шаги раздались прямиком в моей голове. Райт приблизился, и меня окатило жаром, щеки вспыхнули, между лопаток скользнула влага.

Он преподнес бокал, наблюдая за мной сверху вниз. Под этим наряженным взглядом, я не смела шевельнуться. С трудом я коснулась бокала так, чтобы не коснуться руки этого человека, поднесла к губам. Прохладная вода, как освобождение, заставила меня вновь дышать. Я вскинула глаза, почти теряя самообладание от вида Райта, стоящего рядом. Его губы были приоткрыты…

— Черт! — бокал выпал у меня из руки и разбился.

Разбилось в дребезги и мое спокойствие. Райт выдохнул с шипящим сдавленным стоном.

— Ничего страшного, — произнес он, — хочешь еще?

«Хочешь еще? — боже, как порочно, дико, соблазняюще это прозвучало».

— Я… нет, милорд.

Почему мне так яростно, безумно, невыносимо хочется снова взглянуть в его глаза, искупаться в этом ласкающем взгляде, ощутить его физически.

— Тебе так страшно, Джина? — вновь этот низкий, сводящий с ума, голос. — Я ведь даже не касаюсь тебя. Я очень сдержан, тебе не кажется?

Не представляю, что случилось бы со мной, если бы его ладони скользнули по моему телу.