Умри в одиночку

 – На посту не разговаривают, и на постах по одному человеку. Что там? Кто-то есть?..

– Я там никого не оставлял… – холодно ответил полковник.

– Там я петлял, следы путая… – сказал Гойтемир. – Может, продолжают искать?

– Ночью следы видно особенно хорошо, – кивнул Док Доусон. – Ты подошву фосфором каждый день натираешь?

– Я предпочитаю люминесцентные составы… – показал Гойтемир интеллект бывшего учителя. – Это для ног не так вредно…

– Ладно, – сердито среагировал на пикировку словами Берсанака. – Ждите, я гляну…

– Тихо… – сказал полковник.

Берсанака с Гойтемиром молча пригнулись, и вовремя. Из-за камней, и прикрытые со спины камнями и потому не вырисовывающиеся на фоне неба силуэтом, они оставались незамеченными, но им самим хорошо было видно, как от места разговора по склону холма в сторону холма соседнего идут трое. Двое в вязаных камуфлированных шапочках, один вообще не по времени года в косынке. Значит, не «краповые»…"

"Расстояние от идущих было метров в сорок, и можно было бы стрелять на поражение. Разобрали каждый по цели, и три одновременных выстрела сделали бы своё дело. Но внизу остался ещё кто-то – один или два человека, а вступать сейчас в бой не хотелось бы, потому что это значило бы завязнуть на месте и позволить противнику, который пока не знает, где искать Берсанаку с товарищами, обнаружить их и окружить, пользуясь значительным численным превосходством. А в маневре группа ограничена – ранение Дока Доусона и перелом ноги у Гойтемира вынудили корректировать привычное поведение. Это в планы группы не входило. И Гайрбеков только зубами заскрежетал и цевьё автомата стиснул до боли в пальцах, но команду готовиться к стрельбе не дал. И все трое молча провожали взглядом военных, которые скоро скрылись за склоном.

Снизу, от кромки леса, послышались ещё голоса. Теперь разговаривали, кажется, двое, хотя там могло быть и больше людей. Не всем же обязательно сразу говорить. Но слова разобрать всё ещё было нельзя.

– Ждите здесь… – прошептал Берсанака. – Я полюбопытствую…

И сразу, не дожидаясь согласия или совета, легко и бесшумно двинулся в сторону голосов.

И Гойтемиру, и Доку Доусону хотелось бы тоже посмотреть, что там происходит, но оба они осознавали своё ограничение в передвижении и потому ждали терпеливо. Но время, когда ждёшь, давно известно, имеет свойство становиться тягуче-резиновым…

Глава шестая

1

Темнота подступала быстро.

– Аврал, здесь есть камень подозрительный… – сообщили капитану.

– Иду…

Матроскин быстро спустился к группе, которая окружила большой камень, лежащий на склоне. Внимание солдат привлекло то, что сбоку камень был словно маслом испачкан. Капитан тоже сразу же заметил это. Осмотрел камень со всех сторон, простучал.