Умри в одиночку

Нести его на себе возможности не было, а оставить там, на месте, раненого – это значило бы просто бросить человека. Бросить на растерзание «краповым» или каким-то там ещё другим федералам, что сейчас пытаются до них добраться."

"Интересно было бы просто знать, кто пытается до них добраться? «Краповые» при этом выполняют, как Гайрбекову показалось, только вспомогательную функцию. Простой армии дела до него и до Дока Доусона вообще нет. Спецназ ФСБ, как и все антитеррористические подразделения, носил на голове не вязаные шапочки и банданы, а лёгкие кевларовые каски, которые пуля не берёт, но которые можно пробить при сильном ударе ножом или, что лучше, шилом. Остаётся только спецназ ГРУ, пресловутые «летучие мыши», встречаться с которыми не слишком хотелось хотя бы потому, что Берсанака уже встречался с ними и с трудом ноги унёс, принеся в жертву своих людей. Жалко, что не удалось рассмотреть нарукавную эмблему. Но, думается, если это в самом деле спецназ ГРУ, как обычно бывает, цепкий, как рак, то придётся с ним ещё встретиться, и эмблему рассмотреть возможность будет.

– Куда мы идём? – продолжал настаивать на своём праве на информацию полковник Доусон.

– Мы идём в село, только что покинутое «краповыми»…

– А если они захотят продолжить «зачистку»?

– Пусть продолжают… Нас хорошо спрячут… Нас даже прятать не будут, но нас и искать не будут… Это хорошее место…

– А работать там мы сможем?

– Мы будем жить через забор от Бекмурзы, у его соседа… Когда будет нужно, мы просто перешагнём через забор и встретимся с младшим Бисолатовым… Мы даже увидим, когда он приедет, и при желании мы сможем пригласить его к себе…

– И кто этот сосед? Почему мы раньше с ним не работали?

– Это самый уважаемый человек в округе. Он глава совета старейшин района, человек, прошедший всю войну с первого дня до последнего, ему все ордена и медали вешать некуда… И этот человек никогда нас не предаст…

– Ты уверен?

– Абсолютно. Я только скажу ему несколько слов о его внуке…

– О внуке?

– Да. Этот человек – родной дедушка Гойтемира. Но он не желал знать внука все последние годы… Говорят, даже проклял его… Но на мёртвых проклятия не распространяются… Он примет нас с вестью о внуке и, как мужчина, не забывший законы предков, будет со своим старым ружьём охранять нас от всех, кто попытается на нашу свободу посягнуть…

– Интересные законы были у ваших предков… – заметил полковник.