Одинаковые. Том 3. Индокитай

От такого дуплета он не удержался на ногах и сделав шаг назад, выронил оружие, завалившись на спину.

— Илья! — закричала Санька и стала судорожно дергать решётку. Братья метнулись ко мне и начали бинтовать грудь, достав из подсумка приготовленный на такой случай кусок материи. Состояние хреновое. Лёгкое пробито; рана кажется серьёзной, но пока держусь.

Я практически сразу почувствовал затруднённое дыхание. Изо рта вырвался кашель с кровью. Никита, заметил пенистую кровь в ране. В тишине пещеры раздался характерный сосущий звук, когда я пытался сделать пару глубоких вдохов, отозвавшихся сильной болью в области ранения, головокружение и слабость накрывали меня.

Леха шагнул к клетке, отодвинув массивный металлический засов, освободили сестренку. Девчонка бросилась ко мне, мотая слёзы и сопли на кулак.

— Угомонись, Санька! — сказал ей Никита, — всё будет хорошо.

Лёха в это время осмотрел арестованного аристократа — того, что подловил меня в момент, когда цель, к которой мы шли, преодолевая огромные расстояния, казалось, нами была достигнута.

К этому ублюдку у нас множество вопросов, чтобы вот так за здорово живешь, дать ему умереть. Собственно, и стреляли ему именно в руки, чтобы осталась возможность для общения по душам, так сказать. Рядом с французом лежал выроненный им револьвер системы Лефоше, а на ноге под штаниной была кобура, где ждал своего часа Дерринджер. Пара таких игрушек последнего шанса у нас уже есть, вот пополним коллекцию. Леха споро наложил повязки на его руки, жизненно важные артерии пули не задели, поэтому прямо сейчас жизни этого ублюдка ничего не угрожает. После чего братья отволокли того в клетку, где ранее сидела Санька, бросив на тонкую циновку.

Подхватив с двух сторон, Леша с Никитой потащили меня на поверхность, и тотчас стали переносить к дому — от которого до входа в пещеру было около тысячи метров.

По-любому придется вытаскивать пулю, а к сожалению, знаниями военно-полевой хирургии я обладаю поверхностными. Как посредственными, скорее теоретическими? Пришлось пару раз ассистировать нашему врачу в прошлой жизни, когда извлекали осколки из раненого боевого товарища. С легким же дело имел исключительно в виде наблюдателя-статиста. Но в целом понимание о последовательности действий в такой ситуации имею, да и память сейчас вытаскивала из подсознания мелкие детали, что могли здорово пригодиться уже скоро.

Единственное — отсутствие антибиотиков и антисептиков накладывало на операцию знак повышенной сложности. Лёха и Никита, а также семенящая за ними Санька, которая всё время пыталась помочь, хотя сама была не в лучшем состоянии добрались наконец. Парни затащили меня в комнату, где мы нашли нашего неуловимого Жан-Луи Легранда.