Один раз в миллениум

Откормленный, красномордый, с большой родинкой на щеке и выпученными глазами, он успешно вел все дела. Несколько лет назад он впервые «доплатил» директору за аренду здания довольно приличную сумму в долларах, как раз в тот момент, когда его руководитель отчаянно нуждался в деньгах: он собирался менять разваливающуюся машину. С тех пор директор никогда и ни о чем не спрашивал своего заместителя. Ежемесячно получая в конверте тысячу долларов, он искренне полагал, что все идет правильно и что его заместитель получает столько же. Откуда ему было знать, что расторопный заместитель берет в десять раз больше и уже успел построить в Подмосковье довольно большую дачу, куда никогда не приглашал своих сослуживцев.

Охранники работали на компанию Халуповича и знали Трошкина в лицо. Но они получали строгие указания самого Эдуарда Леонидовича и поэтому проверяли каждого гостя, сверяя его документы с ранее поданной заявкой. Дронго терпеливо ждал, пока ему и его спутнице выписали пропуска, прежде чем разрешить пройти в здание.

Поднявшись на четвертый этаж, они оказались в приемной Халуповича. Здесь их встретила молодая женщина с аккуратно собранными в пучок волосами. На маленьком носике были изящные очки. Чуть выступающие вперед зубы не портили ее лица, придавая ему своеобразное очарование. Она была одета достаточно элегантно, чтобы Дронго смог оценить уровень ее зарплаты. Это была та самая Нина, о которой ему рассказывал Халупович.

— Здравствуйте, — дежурно улыбнувшись, произнесла Нина, — Эдуард Леонидович звонил и просил вас его подождать. Он скоро должен подъехать. Вы можете подождать в его кабинете.

В приемной стояла еще одна девушка. Если у Нины были светло-каштановые волосы, то вторая была блондинкой, причем цвет волос был естественным. У нее были правильные черты лица, тонкие губы, темные глаза. Цвет глаз, очевидно, был тоже естественным — она не носила модные сейчас линзы. А темные глаза в сочетании со светлыми волосами всегда придают облику налет сексуальности. Обе девушки были высокого роста, а юбки, заканчивающиеся гораздо выше колен, хорошо подчеркивали стройность их ног.

«Странно, что Халупович не сказал, что у него есть еще секретарша», — подумал Дронго.

Оксана Григорьевна оценила и отремонтированное здание, и внешний лоск секретарш Халуповича. В приемной было много цветов. Два стола стояли друг против друга. Очевидно, здесь работали две секретарши. Напротив кабинета Халуповича, на противоположной стороне приемной, висела табличка с фамилией Трошкина. Помощник всегда был рядом, под рукой. Дронго подумал, что это многое говорит о характере самого Халуповича.