Один раз в миллениум

Войдя в кабинет, она закусила нижнюю губу и уставилась в пол. Нина обхватила ее за плечи и подвела к столу, а затем почти силой усадила на стул.

— Татьяна, — ровным голосом обратилась к ней Линовицкая, — как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, — ответила девочка, не поднимая глаз.

— Ты можешь с нами поговорить? — спросила следователь.

— Могу, — очень тихо произнесла она.

— Ты можешь рассказать, что с тобой было? Как тебя похитили? Можешь вспомнить сейчас или лучше расскажешь нам обо всем утром?

— Могу.

— Как все произошло?

Девочка молчала. Она по-прежнему избегала смотреть на сидевших в кабинете людей. Молчание затягивалось, и Нина решила вмешаться.

— Она спустилась в столовую и перепутала лифты, хотела подняться наверх, чтобы взять деньги. А поднялась в институт. Там ей понравилось, и она долго ходила по коридору. А потом спустилась вниз и пошла в гараж. Там ее и увидел Егор. Вот и все, что она мне рассказала.

— Все было именно так? — спросила Линовицкая.

— Да, — прошептала девочка.

— Что он тебе говорил? — спросила следователь.

— Он сказал… он сказал… бабушка умерла. И меня будут искать… Он сказал, чтобы я спряталась в багажник…

— Ясно, — прервал ее бормотание Бозин, — больше ничего не бойся. Тебя никто не тронет. И никому не верь, кроме Нины. Вот она тебя с собой возьмет. А завтра мы поговорим. Ты меня поняла?

— Да, — кивнула девочка, — можно я вас спрошу?

Она поняла, что этот человек здесь самый главный, его слушались и сотрудники милиции, и все остальные.

— Конечно, — разрешил Арсений Николаевич.

— Где моя бабушка? Он сказал правду?

Бозин подумал, что нужно соврать. Но он не любил лгать, считая, что всегда и везде нужно говорить только правду. Девочка все равно, рано или поздно, узнает печальное известие. Он взглянул на Линовицкую. Понимая его сомнения, она кивнула ему, словно соглашаясь с его решением. Он посмотрел на Дронго. Тот молчал. В подобных случаях всегда трудно принять верное решение.

— Да, — сдержанно ответил Бозин, — твоя бабушка умерла.

Девочка не вскрикнула, даже не заплакала. Она только сцепила пальцы и задала второй вопрос:

— Ее убили?

— Да, — ответил Бозин, — ее отравили.

Девочка держалась изо всех сил, но слезинка все же

покатилась по ее лицу.

— Заберите девочку, — попросил Бозин, обращаясь к Нине.

Та поспешно вскочила и, обняв ее, увела из кабинета.

— Несчастный ребенок, сколько же она пережила, — вздохнул Бозин. Он взглянул на часы. — Я думаю, на сегодня мы закончили все дела. Я еще заеду в прокуратуру, оформлю протоколы задержания Скрёбова и его брата. А завтра получу официальную санкцию прокурора на их арест.

— Я могу отвезти вас, Валентина Олеговна, — предложил Халупович, — вам с Дронго по пути. Вы живете в одном районе.