Один против Абвера

Глаза его метались, кожа обрастала зелеными пятнами. Борьба чувства долга и желания жить проходила мучительно трудно. Словно два боксера до полного измождения мутузили друг друга, и никто не хотел признать поражение.

— Что, командир, установилось полное взаимонепонимание? Никакого лечебного эффекта? Он, кстати, врет, точно знает имя агента. Уж поверь, — заявил Левторович, схватил пленника за ворот, грубо встряхнул.

Тот обреченно закрыл глаза. Похоже, чувство долга побеждало.

Где-то в стороне заработал пулемет. По кому немцы стреляли, было непонятно, но Алексей почувствовал себя как-то не очень уютно.

— Командир, пора сваливать, — внес ценное предложение Левторович. — Придержи пока свой вопросник. Домой придем, там и болтайте, сколько влезет.

— Хорошо, вяжите их, парни, — сказал Алексей. — Руки перед собой, кляпы в рот, чтобы не пороли всякую чушь. Чудилов, отправьте бойцов проверить дорогу!

Группа покидала простреливаемое поле. Пленные ползли самостоятельно, сопели, мычали как коровы.

Немцы за линией фронта почуяли неладное, увеличили интенсивность запуска ракет и плотность огня. Возможно, они заметили движение в своих прежних окопах. Пули ложились все точнее, положение начинало принимать опасный оборот.

Солдатам и офицерам приходилось двигаться зигзагами. Пленных они пинали, волокли за шиворот, не заморачивались тактичным обхождением с ними и глупыми международными конвенциями."

"На позициях противника включились мощные прожекторы, заработал второй пулемет. Пули крошили комья глины, разбивали в щепки трухлявое дерево.

— Берегите обер-лейтенанта, парни, — прохрипел Алексей. — Он наш главный улов. Без него мы ноль без палочки.

Из опасной зоны они вышли без потерь, покатились по пологому склону, подминая мелкий кустарник. Во мраке ночи маячила кромка леса.

Навстречу им из оврага бежали темные фигуры. Это были бойцы капитана Кудрявцева.

Появился и сам командир батальона.

— Молодцы, ребята! — воскликнул он, взглядом пересчитывая людей, падающих от усталости. — Без потерь отработали, задачу выполнили!

Пружина, сдавившая грудь Алексея, постепенно разжималась. Люди шли между завихрениями колючей проволоки, мимо пулеметных гнезд, орудий, вкопанных в землю. Разведчики пошучивали, пленных больше не били, освободили их от кляпов, снисходительно разрешили справить малую нужду в стороне от дороги.

Кудрявцев предложил Саблину эскорт, но тот от него отказался. Мол, своих людей предостаточно, впереди безопасная зона.

Группа оставила за собой позиции батальона, втянулась по лесной дороге в осинник. Ночь была в разгаре. Тучи перекрыли небо. Ветер свистел где-то в вышине, теребил кроны деревьев.

— Не останавливаться, парни! — приказал Алексей, подгоняемый нетерпением.