Один против Абвера

— Окажи нам любезность, сука, помри! — прохрипел Чудилов.

Его оттащили свои же. Он даже не замечал, что жертва перестала шевелиться.

Все закончилось. Потерь не было. Все прошло в тишине. Диверсанты даже не успели схватиться за оружие.

— Кушать подано, товарищи офицеры, — пробурчал Чудилов, доставая кисет. — Дальше сами разбирайтесь.

Два диверсанта остались в живых, валялись без сознания. Оперативники включили фонари.

Обер-лейтенант шумно дышал, закатив глаза. Этот сравнительно молодой блондин пребывал в прострации.

Второй приходил в себя. Тоже молодой, с вытянутой постной физиономией. Он что-то лопотал, вращал глазами, сделал попытку приподняться, подогнул под себя ноги, но передумал — не тупой же. Из-под ворота комбинезона проступала советская гимнастерка с петлицами инженерно-саперных войск.

— Имя, звание?.. — на сносном немецком спросил Алексей.

— Георг Вагнер, унтер-фельдфебель, отдельная рота полевой разведки, — промямлил пленный.

— Ну, спи, Жорик, — сказал Алексей и точным ударом кулака послал его в нокаут. — Чудилов, выстави охранение! — приказал он. — Не хватало еще, чтобы нас врасплох застали.

Он схватил за шиворот второго немца, хорошенько тряхнул его. Клацнула челюсть, обер-лейтенант пришел в себя, дернулся, но затих, осознав бессмысленность сопротивления. Он был жутко расстроен. Но что поделать, выигрывает кто-то один, все не могут.

— Имя, должность? С каким заданием идете в наш тыл? — спросил Алексей. — И не тяните резину, господин обер-лейтенант, если рассчитываете живым встретить рассвет.

— Франц Эберт, командир взвода отдельной роты полевой разведки, — выдавил из себя пленник.

На него было жалко смотреть. Холеная физиономия исказилась от разочарования. Разом ухнули в пропасть все планы, амбиции, решимость выполнить до конца свой долг перед великой Германией.

— Сам-то откуда? — осведомился Алексей.

— Из Ростока.

— А я из Ростова, — заявил Чудилов, видимо, знавший немецкий язык. — Практически земляки.

— Помолчи, сержант! — приказал Алексей. — С каким заданием вы перешли линию фронта, господин обер-лейтенант? У вас десять секунд на раздумья. — Он приставил ствол ТТ к виску немца, начал вдавливать в кость, совмещая вращательные движения с поступательными.

— Ты добрый, командир, — заявил Пустовой. — Целая вечность на размышления.

— Не знаю. Мы должны были связаться с человеком в городе Ненашев и получить от него указания, включая координаты объектов и субъектов, подлежащих ликвидации, — проговорил немец.

— Имя агента?

— Самаэль.

— Без тебя знаю, что Самаэль! — взорвался Саблин. — Под какой фамилией он внедрен в советский тыл? Кто он такой?

— Я не знаю. Мы должны были встретиться на городской площади в условное время.

Офицер бессовестно лгал.