Одержимость Грешника

— Женщина, я не танцую, — ответил он ей, высвободил свою руку из её пальцев, едва удостоив её коротким взглядом.

— Да хватит тебе песни пародировать. Просто танец, — настаивала Элла.

— Ну, раз вы не танцуете, может быть, прекрасная Тая составит мне компанию? — потянул меня за руку с другой стороны Богдан.

— Э-э… Я, если честно, очень устала и…

— Она никуда не пойдёт, — заявил Алекс, испепеляя взглядом Богдана.

— Это почему? — начал спорить с ним мужчина. — Твоей сотруднице запрещены танцы с любым мужчиной, кроме тебя?

— Да, — ответил лениво Северов. — Прямо в договоре прописал. Пригласи кого-нибудь другого.

Последняя фраза Алекса прозвучала очень жёстко и почти как угроза. Мы втроём разом напряглись. Богдан ещё пару секунд переводил взгляд с меня на Лёшу, а потом протянул руку Элле. Видимо, решил не лезть в бутылку.

— Идём, красотка. Мы тут лишние…

Элла надула губы, но всё же позволила ему себя увести. Я и Северов остались сидеть за столом, словно одни на банкете. Даже как жених с невестой во главе стола. Это рассмешило меня, и я не сдержала улыбки.

— Чего ты смеёшься?

— Ничего, — пожала я плечами. — Вспомнила шутку.

— Какую? Расскажи.

— Она глупая.

— Я стерплю.

— Не хочу рассказывать, — отмахнулась я.

— Тогда пошли танцевать, — вдруг потянул он меня из-за стола.

— Да ну тебя, — упиралась я. — Песня уже заканчивается.

— Ничего, мы будем быстро танцевать и всё наверстаем.

Под мой смех он всё же вывел меня на танцпол в середине комнаты и одним движением притянул к себе. Горячее крепкое мужское тело прильнуло к моему, и ощущение близости заставило моё бедное сердце снова разволноваться… Алекс сжимал мою руку, вторую свою ладонь положил на мою талию, не давая мне отстраняться дальше. Где-то я читала, что танцы в паре и были придуманы с целью иметь возможность прикоснуться к объекту своих симпатий под благовидным предлогом, иметь возможность обнять его. Мне казалось, что Лёша меня только с этой целью и вытащил сюда, на середину комнаты…

— Песня-то какая… — сказал он негромко мне на ухо. — Я не буду ничей жених, ты — ничьей женой…

— Да, красивая, — кивнула я, делая вид, что не понимаю его намёков. Тоже мне ещё, доктор Шлягер…

— Такие прям строчки. За душу цепляет.

— Да, сильные.

— Угу. Так и в жизни бывает.

— Думаешь?

— Знаю.

Я замолчала, пытаясь осознать то, что Северов мне сейчас окольными путями, вообще-то, в любви признался… Сердце так и лупило по рёбрам. Я совсем не знала, как на это реагировать и верно ли я всё поняла — прямо ведь он ничего и не сказал, только о строчках какой-то песни…

Когда песня закончилась и Алекс разжал руки, я словно вынырнула из глубины и вдохнула воздуха.