Одержимость Грешника

— Ну ты капец какой страшный, Север, в этой маске.

Я взял обмундирование и маску у бойцов Баташова. Нас здесь было четверо: трое бойцов ОМОНа и один прокурор, которые поджидали следователя.

— Да ладно?

— Да.

— А автомат в моих руках тебя не смущает? Только маска?

— Да ты весь очень грозный.

— Ты боишься?

— Безумно. Аж лоб вспотел.

— И правильно. Я очень страшный. Особенно, когда не выспался.

— Вон он, — вклинился в наш диалог один из приехавших с нами бойцов.

— По коням, — сказал я и размял плечи и шею.

Сейчас ты узнаешь, Толя, что испытывает тот, кто пытается нагнуть меня. И тебе это НЕ понравится.

Мы слаженно покинули машину один за одним с автоматами наперевес. Баташов остался ждать в машине. Настигли Новикова, который пока ещё ничего не подозревал и спокойно доставал ключи из крутки, возле подъезда. Парни ловко поймали его и заломили руки за спину.

— Ай, твою мать! Вы чё творите?! — орал он, на что парни еще сильнее прогнули его в спине лицом к асфальту и повели в машину.

Разговор у нас состоится  именно там.

— Молча иди, — ткнул я его под рёбра дулом автомата, и он заткнулся.

Мы запихнули его в салон, я зашёл следом и закрыл двери. В полумраке салона сидел Баташов. Новиков вылупил глаза и побледнел ещё больше.

— Дамир Ильясович, вы… Здравствуйте.

— Вечер добрый, — изогнул одну бровь Дамир.

Он сидел в расслабленной позе, словно находился на светском рауте.

— А что случилось, что вы?..

— Рот закрой, — рявкнул я и толкнул его в грудь, повалив его этим на одно из сидений. Потом протянул руку к нему ладонью вверх. — Заявление Северова.

Ещё вечером я попросил Новикова по телефону взять его с собой, пообещав, что вечером я привезу деньги. Привёз. Только не денег, а звездюлин. Раскатал губы… Так я и отдал ему полтора ляма.

Теперь Анатолий сосредоточил взгляд на мне. Голос узнал или догадался, что я сам и приехал его забрать? Собственно, как мы и договаривались.

— Оно в папке. Папка выпала у меня из рук возле  подъезда.

Я открыл дверь и выглянул наружу.

— Ребят, принесите папку у подъезда. Выпала, — обратился я к бойцам.

Через пару десятков секунд папка была у меня в руках. Я раскрыл её и просмотрел содержимое. Моё заявление следователь принёс — не обманул. А вот я его… Ну, нечего взятки брать.

Закрыл папку и отдал её Дамиру.

— Дело Павла Вострова тоже должно исчезнуть, — навис я над следователем. — Ты помнишь?

— Да… Как договаривались… Конечно.

Снял с лица маску, оставив её на лбу. Глаза Анатолия забегали. Он догадался, конечно, что это я под маской, но встретиться с моим злым взглядом не очень хотел.

— Я тебе что-то должен, а, Толя?

Он украдкой глянул на прокурора. Не станет же он прямо при нём напоминать про деньги…

— Н-нет… — проблеял он.