Одержимость Грешника

— Это будет решать Тая – и вы, конечно же.

— А если она захочет, чтобы я осталась? Мне нужна была эта работа… И Таечка с Ксюшей… Всё, что у меня есть ценного в этой жизни.

Как тепло она о ней говорит. И мы с ней похожи — для меня Тая важна не меньше…

— А как же ваша семья? — спросил я. — Своим внукам разве не нужно помогать?

— Нет у меня никого, — ответила Катя. — Тая и Ксения моя семья. Как родных и люблю.

— Понятно, — кивнул я. — Но тогда Тая и решит вопрос с вами, а пока я от себя прошу вас остаться – Ксюше вы сейчас просто необходимы.

— Конечно, я буду с вами, — отозвалась женщина. — А вы… Тая правда за вас замуж выйдет?

— Да, — ответил я. — Она уже дала своё согласие, и скоро мы начнём подготовку.

— Знаете, я, если честно, рада, — сказала она мне, заглянув в глаза. — Вы, Алексей Сергеевич, Таечку любите, я знаю. Чувствую. И вы сделаете наконец её счастливой…

— Не уверен, — хмыкнул я. — Но я постараюсь.

— Почему не уверены?

— Она меня не любит, — сказал я, подумав немного об ответе. Смысла врать Кате нет, она и сама всё видит. — Даже не знаю, правильно ли я поступаю, уговорив её на этот брак.

— Я не была бы так в этом убеждена. Что она вас не любит.

— С чего вы это взяли? — остановил я взгляд на её лице.

Она знает что-то, чего не знаю я и чего никогда не скажет мне Тая?

Волнительно.

— У Таечки есть к вам чувства, я уверена в этом, — сказала Катя, а у меня по спине побежали мурашки. Как бы мне хотелось знать, что она ко мне неравнодушна… Это давит мне на грудь бетонной плитой уже не первый месяц. — Она не хотела о вас говорить.

— И это означает наличие чувств? — скептически изогнул я бровь."

"— Именно, — кивнула Катя. — Вы ведь знаете, какая она — светлая, чистая, обман и предательство не для неё. Тая просто хотела быть верной женой, не более того. Она противилась разговорам и мыслям о вас именно потому, что эти образы её волновали. Я видела её глаза, когда речь шла о вас, — в них появлялся стыд. Она стыдится своих чувств, краснеет, потому и не желает о вас говорить.

— Ну, не знаю… — постучал я пальцами по столу. — Такой себе параметр оценки чувств…

—  А ещё…— продолжила Катя. — Я слышала, как во сне она бормотала ваше имя. Вы ей снитесь, Алексей Сергеевич.

Последняя фраза Кати прошибла мой скептицизм.

Снюсь?

— Может, она звала кого-то иного?

— Нет, — улыбнулась Катя. — Алекс в нашем окружении один. Северов тоже…

Я задумчиво смотрел в свою чашку.

А что, если это правда — чувства есть, просто она их топит из-за тех обстоятельств, какие сложились у нас?

Тогда я вытащу их наружу. А если их нет — смогу зародить.

Я не сдамся.

17.