Его одержимость

Повернула голову и тут же обожглась, когда лед синих глаз прошелся по телу, и Кремлёв пренебрежительно дернул щекой. – Как дела?

Не знала, зачем это произнесла. Чтобы нарушить звенящую тишину, воцарившуюся между нами. Или чтобы хотя бы на минуту продлить этот момент.

– Реально интересно? – Рома звякнул ключами от машины, а потом снова посмотрел на меня. – Не трынди, Лера.

Сглотнула ком в горле и повернулась в сторону одногруппников.

– Мне вот похрен, как у тебя дела, – его слова ранили в только начавшее заживать сердце, и я сильнее стиснула ремешок сумки.

– Ладно, – в последний раз посмотрела в сторону Ромы и отвернулась, машинально шагая к ступеням.

Хотелось скорее сбежать, чтобы не видеть этого полного презрения взгляда. Он пробирал до костей, заглядывал в самую душу, задевал сердце только для того, чтобы снова заставить меня почувствовать утихшую ненадолго тоску по прошлому и ту самую боль утраты, которая сжирала меня изнутри последние два месяца.

Сморгнула непрошеные слезы, стараясь дышать глубже, но голос Кремлёва донесся сзади, заставляя непроизвольно прислушаться.

– Сначала к тебе или сразу ко мне?

Его подружка гортанно рассмеялась и, взяв в руки скальпель, искромсала остатки моего сердца.

– Не верится, что ты дотянешь до дома и не трахнешь меня прямо на парковке, – она хотя бы понимает, что это слышат все вокруг?

Стиснула челюсть и быстрым шагом ломанулась к друзьям, стараясь не оборачиваться и не смотреть на эту сладкую парочку.

Нормальный же был день, почему все снова пошло не так?

– Идемте? – Данила оглядел собравшихся и подмигнул мне. – Опаздунов дождались, можно выдвигаться.

И, уже уходя за пределы института, я все-таки не выдержала. Не могла иначе. Не было сил противиться безрассудному желанию увидеть его лицо еще раз.

Всего раз. На одну секунду.

Обернулась, и дыхание перехватило. Он смотрел прямо на меня, в упор. Смотрел так, словно и не было этих месяцев боли и потерь. Смотрел так, что сердце опять заболело, и я остановилась, борясь с искушением шагнуть навстречу прошлому.

А потом видение исчезло. Кремлёв моргнул, опомнившись, и сел в машину, где его уже ждала новая девушка.

А я отвернулась, не выдержав раздиравшей внутренности ревности, которая заполнила каждую клетку тела, когда я заметила, как Рома потянулся к губам этой шмары.

Ненавижу брюнеток.

Глава 15

Кремлёв. Воспоминания

Не видел ее уже… Сколько? Месяц? Два?

Не хотелось думать об этом, вспоминать, при каких обстоятельствах мы… расстались.

Но память разве спрашивает у нас, хотим ли мы что-то забыть?

Каждый раз, стоило закрыть глаза, я вспоминал красивое лицо этой суки, и кровь превращалась в яд, отравляя внутренности, заставляя меня ощущать непреодолимую ненависть к ней. К её поступку.