Я одержим тобой

Итон, прежде чем отправиться отдыхать, должен был вернуться в отделение, чтобы уладить вопрос с Максимом. Светлана и ее семья отправились прямиком в особняк.

Должно быть, Екатерина Алексеевна и Виктория Александровна получили известие об их возвращении, поэтому приготовили ужин и ждали их дома.

Выйдя из машины, телохранитель и водитель помогли внести багаж.

Виктория Александровна скучала по внукам, поэтому, как только Паша зашел в дом, она тут же крепко обняла его, осматривая с ног до головы, похудел ли он, вырос ли.

— А где Маша?

Виктория Александрова посмотрела на Светлану. В этот момент вошел Дмитрий с Машей, которая спала у него на руках. Его лицо по-прежнему было мрачным. Ни с кем не поздоровавшись, он вошел в комнату с дочерью на руках.

Виктория Александровна с первого взгляда поняла, что Дмитрий был в плохом настроении, поэтому спросила свою дочь:

— Что с ним не так?

Светлана не сказала причину, чтобы Виктория Александровна не расстраивалась:

— Все в порядке, должно быть, устал.

Виктория Александровна не очень-то в это поверила, но раз уж дочь не хотела рассказывать, она не стала допрашивать ее.

— Идите ужинать, а то еда остынет. Я уберу ваши вещи.

Подошла Екатерина Алексеевна в фартуке. Она улыбалась, радуясь их возвращению.

— Оставьте все здесь, и занимайтесь тем, чем должны.

Екатерина Алексеевна махнула рукой телохранителям и попросила их оставить багаж у входа.

Дверь была открыта долгое время, поэтому был сквозняк. Светлана сняла пальто с Паши и попросила его вымыть руки и пойти есть. Паша не нуждался в ее заботе, он сам пошел мыть руки и есть.

Светлана сняла пуховик и повесила его на вешалку, вымыла руки, пошла на кухню, чтобы подать еду и найти поднос. Она взяла еды и поставила их на поднос, после чего понесла его в комнату.

— Света.

Виктория Александрова позвала ее, собираясь что-то сказать, но передумала.

— А? Что такое?

— Ничего, иди.

Виктория Александровна махнула рукой, повернулась и пошла в столовую, чтобы налить суп Паше.

Светлана чувствовала, что мама хочет ей что-то сказать. Кажется, ей следует поговорить с ней о том, что произошло за этот промежуток времени, когда она уезжала, поэтому она сказала:

— Мама, я зайду к тебе позже. Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Хорошо, у меня тоже есть, что сказать тебе, — ответила Виктория Александровна.

— В чем дело? — захотела узнать Светлана.

Виктория Александровна на некоторое время задумалась. Сейчас, когда они только вернулись, а Екатерина Алексеевна и Паша были поблизости, неудобно было говорить. Она не хотела, чтобы другие слышали то, что она хотела сказать.

— Поговорим позже, когда ты придешь ко мне.

Светлана, кивнув, зашла в комнату с едой в руках.