Я одержим тобой

Пробежав каких-то пару метров, мальчик оказался схвачен поспевшем за ним Максимом, который обхватил его поперек живота:

— Я так хорошо к тебе относился, я был так добр к твоей матери, но почему вы оба не оправдываете моих ожиданий? Я так тебе доверял, а ты что? Обмануть меня решил? — выражение его лица вызывало животный страх.

Павел изо всех сил сопротивлялся:

— Отпусти меня! А ну быстро отпустил!

В этот момент в кармане Максима вновь зазвонил телефон. Достав аппарат, он посмотрел на экран, где высветилось имя — «Аня». Он взял трубку.

В этот момент на другом конце послышался нетерпеливый голос Анны:

— Да где вас носит? Сколько времени уже прошло! И кстати, почему ты только что не ответил на звонок?

— У меня тут кое-что случилось…

В этот момент Павел что есть силы укусил мужчину за руку, так что Максим рыкнул от боли.

— Пусти! — сердито рыкнул он на мальчика.

Прилагая поразительные усилия, Павел укусил еще сильнее, так, словно собирался оторвать у него кусок плоти.

Максиму было до жути больно. Он со всей дури влепил ребенку пощечину, отчего лицо у того мгновенно заалело, а на щеке красным по белому были видны следы от длинных пальцев мужчины. Постепенно лицо начало набухать.

Максим бросил на противника разъяренный взгляд, схватив его за воротник:

— Ты еще смеешь кусаться?

— Ты обижаешь мою маму! Я тебя за это до смерти закусаю! — Павел уставился на мужчину в ответ.

Несмотря на то, что на фоне Максима он выглядел маленьким и слабым, ребенок не собирался признавать поражения.

Рука, которой мужчина схватился за его воротник, из-за чрезмерного приложения силы звучно хрустнула:

— Света тебе все рассказала?!

— Не твое дело! — крикнул в ответ Павел, смерив его пристальным взглядом.

— Ладно, ладно. Я и вправду недооценил тебя, — Максим, держа его за воротник, потащил ребенка на обочину дороги.

Павел, поджав губы, решительно не собирался издавать ни звука. Хотя было ясно, что волочившиеся по полу лодыжки горели от боли.

Виктория Александровна, сидевшая в машине, при виде этой сцены почувствовала, как по сердцу полоснули болью, так, что у нее даже дыхание сперло.

Крепко обняв Марию, она сердито спросила:

— Максим, ты что творишь такое?

Мужчина поднял голову, заметив, что женщина вышла из салона и стояла теперь рядом с машиной. Глаза у нее были по пять копеек, а сама Виктория Александровна выглядела так, словно вот-вот загорится изнутри.

— Бабушка, не обращай на меня внимания. Быстрее, забирай Машу и бегите отсюда. Он собирается похитить нас, чтобы угрожать маме выйти за него! — что есть мочи закричал Павел.