Я одержим тобой

— Угу… — Павел почувствовал подступившую к горлу тошноту.

Максим был противен ему до ужаса, а он еще спрашивает, нравится ли мальчику.

Вот ведь чудик!

— Как ты? — мужчина начал приближаться, на что Павел поспешно махнул рукой.

— Не подходи! У меня никак не проходит эта боль."

"— Значит, живот у тебя болит не из-за того, что в туалет хотелось, — отозвался мужчина, в итоге все-таки подойдя. — Пошли обратно. Отвезу тебя туда, где тебя осмотрят.

— Ку… куда? — мальчик нервно сглотнул.

Было ясно, что мужчина не позволит ему вернуться домой. Иначе они бы просто вернулись в город. Но он сказал, что собирается везти его куда-то. У Павла участилось сердцебиение. Теперь у него даже не было возможности позвонить и позвать на помощь.

Что делать?

Что же ему теперь делать?

А что, если бабушке и Марии грозит опасность?

От волнения он весь покрылся испариной, так что казалось, будто ему и вправду так больно, что даже пот проступил.

— Да так… просто… — Максим запнулся, затем продолжив объяснять. — Когда вернемся в город, я отвезу тебя в больницу. Пошли уже.

Мужчина протянул руку, чтобы повести за собой мальчика. Но Павел резко отказался.

— Я… я подтяну штаны, не смотри на меня, — притворяясь крайне застенчивым, отозвался ребенок.

Максим прыснул со смеху:

— Я тоже мужчина, да и все, что надо и не надо я у тебя уже видел. Я в детстве даже подгузники тебе менял.

— Но теперь-то я вырос, — Павел крепко схватился за свои ноги, а телефон все еще прятал у тела. Если Максим подойдет слишком близко, он точно его обнаружит.

— Ладно, ладно. Только побыстрее, — мужчина остановился на месте, отвернувшись.

Ребенок достал мобильный и продолжил набирать номер, когда внезапно телефон зазвонил. Запаниковав, он хотел было сбросить вызов, но тут телефон упал на землю. Сердце в груди колотилось с такой скоростью, что, казалось, вот-вот взорвется от нервозности. Было уже поздно поднимать устройство.

Максим повернулся и уставился на телефон, сощурившись. Откуда тут его мобильник взялся?

— Я… я… — мальчик хотел было объяснить, но не смог найти предлог. Телефон, выпавший из его рук — само по себе железное доказательство против него.

Объясняться не было смысла.

— Ты все это время меня обманывал. Не болит у тебя никакой живот. А повис ты на мне не из-за того, что отношения у нас близкие, а специально, чтобы украсть у меня телефон, — мужчина шаг за шагом приближался к Паше.

Павел никогда раньше не видел Максима настолько устрашающим. Он невольно схватился за брюки, пятясь назад.

— Ты… не… не подходи…

Мужчина поднял телефон. Павел воспользовался моментом, чтобы изо всей мочи пуститься прочь от него. Так как они стояли посреди леса, тут не было ни единой протоптанной тропинки.