Я одержим тобой

— Георгий! — кричал вслед брат. — Я ведь твой брат, верно? В нас с тобой течет одна кровь. — Михаил пошел за ним и продолжал: — Я лишь хочу, чтобы ты хорошо относился к отцу, и только. Сейчас у тебя есть все. И что же? Зазнался? Отец тебе больше не нужен? Не забывай, где бы ты был, если бы не отец.

Последняя фраза вывела Георгия из себя. Он развернулся и схватил брата за воротник.

— Если бы я мог выбрать себе отца, я бы выбрал не его. Ты пришел порочить мое имя — ради чего? Ради денег? Вот что я тебе скажу: ты ни копейки не получишь от меня!

Георгий окликнул Тихона, и тот подбежал к нему. Георгий выпустил из рук воротник брата и сказал подчиненному:

— Сейчас же позвони в психушку, скажи, что по улице бродит псих.

Тихон замешкался и тихо сказал:

— Может, не стоит горячиться? Если все всплывет наружу, о тебе будут писать, как ты жестоко…

— Пусть пишут, что хотят, — отрезал безразлично Георгий.

Михаил сцепил руки в замок и кричал брату вслед:

— Георгий, ответь, не пожалеешь ли ты? Ты владеешь стольким. Счастлив ли ты?

Глава 922 Псих

Георгий слегка затормозил, но не остановился окончательно.

Михаил, однако, не собирался сдаваться, преградив ему путь:

— Опять не отвечаешь! Попытаешься сбежать?

— Не провоцируй меня! — выражение лица Георгия стало по-настоящему угрожающим, а в ледяных глазах синим пламенем пылала ненависть. — Не твоя ли мать — любитель вмешиваться в чужие браки и разрушать семьи? Если бы не она, разве дошел бы я до нынешнего состояния?

Михаил смолк. Верно, когда с его матерью и Евгением все еще было хорошо, Евгений еще не развелся. Можно сказать, что итог браку положила связь на стороне.

— Но ведь это уже давно в прошлом…

— То есть, если прошло сколько-то времени, провинность перестает быть провинностью?

— Но даже если были неправы, они так или иначе воспитали тебя, вырастили на своих руках. Скажешь нет? — Михаил все еще пытался убедить его. — Ты никогда не обретешь счастье, если постоянно будешь думать об одной только мести. Ради нее ты использовал свою жену, ей пришлось развестись из-за тебя, и, в итоге, покончить жизнь самоубийством. Ну и что, теперь ты счастлив?

Георгий стал еще мрачнее. Слова Михаила затронули его самое больное место, его неизлечимую душевную рану. То, о чем он никогда не хотел больше вспоминать и то, о чем жалел больше всего в своей жизни.

— Я просто не хочу, чтобы с тобой опять случилось то, о чем ты будешь сожалеть…

— Свали! — Георгий резко оттолкнул его, широким шагов зайдя внутрь здания.

Михаил побежал было следом, но его остановил Тихон:

— Прекрати уже!

Михаил сбросил с себя его руки:"

"— Пусть хоть раз обернется вокруг.