Я одержим тобой

Мужчина взял себя в руки и ответил ледяным тоном:

— Что-то случилось?

— Твой отец серьезно заболел, приезжай, проведай его. — Женщина говорила очень осторожно, в ее голосе была слышна мольба.

Он не ответил, только лицо его помрачнело, стало хмурым.

— Что бы ни было, он — твой отец, съезди к нему, вдруг… Ты будешь жалеть.

На губах появилась презрительная насмешка. Георгий повесил трубку. Если речь зашла о сожалении, ему тоже есть, что спросить у отца. Он позвонил водителю и велел готовить машину, ему надо ехать. Повесил трубку, он встал, взял с дивана пиджак и вышел.

Водитель уже ждал его у входа. Георгий подошел, открыв дверцу и сев в машину. Они быстро тронулись. Сидя сзади, Георгий тер переносицу, чтобы протрезветь.

Скоро машина остановилась.

— Дай мне ключи, я сам вернусь, ты свободен.

Взяв ключ, Георгий постоял, подняв голову, затем хладнокровно зашел внутрь. Подойдя к двери, он постучал. Дверь быстро открыли, это была мачеха, Анастасия Злобина.

— Заходи быстрее. — Она поспешила уступить ему дорогу.

Георгий с каменным лицом вошел внутрь и холодно сказал:

— Мне нужно поговорить с ним, не хотелось бы, чтобы нас тревожили.

Мачехе стало стыдно, она смущенно проговорила:

— Никто не войдет, пока вы будете разговаривать.

Георгий направился в комнату. Он толкнул дверь и увидел лежавшего на кровати отца. Войдя, он запер дверь и пододвинул стул к кровати.

— Наконец- то пришел. — В его голосе не было ни отцовской строгости, ни родственной теплоты, какой следовало бы ожидать от отца, встретившегося с сыном. Это было приветствие обычного знакомого. В прошлом году с отцом случился инсульт, половина тела оказалась парализована. После этого он не вставал с постели.

Георгий очень редко навещал его.

— Зачем ты звал меня? — Его лицо было совсем равнодушным, на нем не отражалось никаких чувств.

Он знает о нем все, даже если не приходит, старик протянет еще несколько лет. Раз Анастасия Злобина вдруг позвонила и попросила его прийти, это почти со стопроцентной вероятностью означало, что его хотят о чем-то попросить. Что до сути дела, то она, естественно, заключалась в сыне этой пары, его сводном брате.

Ребенок в этой семье был избалован до предела, плохо учился, бросив университет, он попытался устроиться в жизни. У парня не было официальной работы, он не любил сидеть дома.

— Геша… — Начал говорить Евгений Зиновьевич, — Ты можешь спокойно смотреть на то, как твой младший брат сидит без работы?

Георгий остался равнодушным:

— У моей мамы был только один сын.

На Евгения Зиновьевича было страшно смотреть. Но ради будущего сына он продолжал улыбаться:

— Геша, мы с мамой развелись, потому что перестали любить друг друга…

— Я знаю, ты любишь свою нынешнюю жену. — Не успел отец договорить, как Георгий его перебил.