Я одержим тобой

Бабушка обомлела — то ли от удивления, то ли от того, что ей казалось, что она плохо расслышала слова Киры. Она вся тряслась и сжимала руку девушки, приговаривая:

— Спасибо… Спасибо…

Даже в такое время бабушка не расставалась с мыслью, что Стас может оставить ее без правнука. Для нее это было настолько важно.

Итон был в коридоре и слышал их разговор. Он тяжело охнул и вошел в палату.

— Кира, вам с бабушкой нужно отдохнуть и перекусить чего-нибудь. Я побуду с ним.

— Ты иди с бабушкой, я останусь.

— Все же давай ты. Ты тут еще ночью будешь, вымотаешься. Сходите поесть, а вечером возвращайся.

— Тогда, может, тебе чего-нибудь взять?

— Я дома поем.

— Хорошо.

Кира с бабушкой вышли из палаты. Итон убедился, что они далеко, и закрыл дверь. Он подошел к койке и стукнул Стаса по голове.

— Можешь не прикидываться, они ушли.

Итон беспредельно восхищался хитроумием Стаса, его способностью додумываться даже до подобного.

В тот вечер он и Дмитрий ждали, пока он появится из операционной, тогда тот уже был вне опасности.

Стас насупился:

— Больно же.

Стас действительно получил травму и очень серьезную, но не такую, чтобы она угрожала его жизни и погрузила в кому. Сцену с собой без сознания он разыграл, чтобы примирить Киру и бабушку. Удивительно, что Кира первая пошла на уступки.

Итон сел на стул.

— Ты только посмотри на себя.

— Доброта Киры помогла, — улыбался Стас, — бабка моя упертая как валун. Так что я прибегнул к крайним мерам.

Итон ткнул пальцем в его ушиб.

— Ты слишком далеко зашел ради этого.

— Мать твою, до больно же! — завопил Стас.

Итон дал ему пощады и убрал руку от ушиба.

— И когда ты собираешься «просыпаться»? Своей цели ты добился.

— Для достоверности надо еще поваляться в коме, иначе они меня раскроют. Еще дня два-три.

Итон с интересом уставился на друга.

— Ну и хитрец ты.

— Это не хитрость, а ум. Чуешь разницу, простачок?

Стас добился своего и больше ему не придется разрываться между двумя женщинами.

— А давай простачок позовет сюда Киру с бабушкой, вот им и объяснишь разницу.

Итон притворился, что собрался пойти за ними. Романенко поспешил остановить его.

— Не надо, не ходи, я пошутил, ты не простачок.

Итон снова опустился на стул.

— Кстати, с тебя бутылка Лафит восемьдесят второго года.

Итон вспомнил, как Стас надул его и решил, что ему полагается возмещение.

— Хорошо, угощаю, даже две бутылки. Раз великое дело сделано, можно и раскошелиться.

— Кстати, про «раскошелиться», — Итон принял серьезный вид: — с тебя взыскали семьсот тысяч. И прав тебе не видать.

Так как Стас был пьян, страховая компания отказалась от выплат, и расходы на ремонт и лечение пострадавшего в аварии легли полностью на него.

— Знаю я, пустяки.

Пустяки? Для него-то да.

— Хочешь чего-нибудь поесть? — спросил Итон.