Я одержим тобой

В его представлении Дмитрий вырос таким замечательным именно потому, что был сыном Анфисы и Ильи. Ему стало противно от той мысли, которая возникла в голове жены.

— Но я сегодня слышала, как Елизавета о нем говорила. Каждое слово, интонация — все буквально кричало, что говорит она о родном сыне. Да она даже называет его «Дима», «Димочка». Просто подумай, тогда ведь Анфиса и Илья не любили друг друга. И хотя Илья ни с кем не встречался, у Анфисы-то был любимый человек. Может быть…

— Не может! — Фадей не желал верить ни единому слову.

Да как такое возможно, чтобы матерью Дмитрия оказалась Елизавета? Бред, самый настоящий бред!

— Когда ты обнаружил в продаже шармез, Дима сказал, что со всем разберется. И что? Он это сделал? — спросила Галина.

— Он сейчас занят.

— Ладно, но как ты объяснить близкие отношения между его женой и Елизаветой? Даже их дети относятся к ней, как к родной. Дима слишком сообразительный, чтобы не знать об этой.

Галина Петровна успешно посеяла в сердце мужа зерно сомнения. Хотя все это звучало абсурдно, но все же не могло не вызвать подозрений. В то время у Анфисы действительно был парень, поэтому брак между ней и Ильей был заключен исключительно ради выгоды для их семей.

Мужчина вдруг крепко сжал руки:

— И что нам делать с этой информацией?

Галина Петровна, на время задумавшись, ответила:

— Естественно, я надеюсь, что это не так. Дима же такой замечательный, талантливый, поэтому я тоже хотела бы, чтобы он на самом деле оказался сыном Анфисы. Но… Как насчет того, чтобы пригласить его в гости?

Фадей Никонович посмотрел на жену долгим взглядом:

— Ты что, хочешь…?

— В нашем мире есть единственный способ определить, родной ли он сын Анфисы — тест ДНК, — тут же подхватила его мысль женщина.

Фадей Никонович, который тоже хотел вернуть себе душевное равновесие в этом вопросе, согласился. Когда окажется, что Дима — сын Анфисы, он вновь может быть спокоен.

Из-за травмы руки ему было неудобно использовать телефон, поэтому он попросил жену:

— Скажи, что у меня к нему есть дело.

Однако, Галина Петровна не спешила доставать телефон. Вместо этого она стояла рядом с ним, и взгляд ее стал намного серьезнее. Женщина взяла мужа за руку:

— Насчет аварии… Возможно, это не случайность…

— Ну, это ты уже надумала. Зачем кому-то причинять мне вред? — он считал, что ни в чем в жизни не провинился, за исключением домашнего ареста Елизаветы и случая с Афанасием. Кроме того, это Елизавета тогда была во всем виновата — стала любовницей и разрушила брак. Поэтому свое наказание вполне заслужила.

Галина Петровна качнула головой:

— Нет, это правда не случайность. И стоит за этим человек по имени Трифон. А еще, и Елизавета и Светлана обе знакомы с ним.