Одаренный

Садиться он не стал, а вот другие плюхнулись на красивые, но неудобные, специально выбранные отцом кресла, где посетитель сидел ерзая и был вынужден смотреть на отца снизу вверх.

— Я немного наслышан о вашем деле, — кивнул отец.

— Позвольте, я объясню, — засуетился вирник. — Ваш сын, Александр Апраксин обвиняется в нанесении телесных повреждений легкой и средней степени тяжести.

— Что? — взревел папаша и тяжелым взглядом уставился на меня.

Я лишь потупил с виноватым видом глаза.

— Как упомянуто в рапорте околоточного надзирателя Харитонова, сегодня, находясь в учебном заведении ваш сын спровоцировал конфликт с наследниками вышеупомянутых родов и нанес им телесные повреждения. В результате все трое были помещены в лечебное учреждение, где…

— Короче, как там тебя, Онуфриев, кажется?

— Так точно, Ваше Сиятельство!

— Что там с пострадавшими?

— Все в госпитале Перуна, у двоих сотрясение мозга и ушиб мягких тканей, у третьего ушиб гортани с травмой головы.

— И это натворил мой сын? — спросил Папа. — Как?

— Неизвестно. В его руках был какой-то твердый предмет, которым он и нанес телесные повреждения.

Ага. Был бы у меня в руках твердый предмет, были бы повреждения покруче.

— А как же волшба? — прищурился отец. — Они не сопротивлялись?

— Как они утверждают, обвиняемый использовал волшбу против них самих.

А, теперь я еще и магически оприходовал их?

— Он не мог, — со страхом сказал отец.

Блин, ну как играет! Если бы не напутствие перед беседой — поверил бы.

— Увы, но это так, — сказал вирник.

— У вас есть видеозапись этой стычки?

— Увы, нет. Обвиняемый…"

"— Обвиняемый он может быть только по приговору Русской Правды, — прервал его отец. — Не забывайтесь.

— Хорошо, Ваше Сиятельство. Он выбрал место, не просматриваемое камерами слежения.

— Какое?

— Туалет.

— Туалет??? — выкатил глаза отец.

Как я и подозревал, место разборки со мной было выбрано не случайно. И по тем же причинам, что я назвал отцу.

— Какие у вас основания подозревать моего сына?

— Вот показания потерпевших околоточному, вот заключения целителей, вот объяснительная от директора и начальника охраны?

— И это все? — спросил отец, улыбнувшись.

— Я бы на вашем месте не улыбался, Ваше Сиятельство. Показания трех аристо против одного — серьезное обвинение, — проскрежетал плоскомордый Донцов, вперившись взглядом в отца. И Русская Правда их примет. Тем более, что как видно, ваш сын в процессе нападения не пострадал, а значит он действовал умышленно и вел приготовление к преступлению, а это уже отягчающие обстоятельства.

— Ладно, — вздохнул отец. — Что вы хотите?

— Виру за травмы, нанесенные троим аристократам и публичного телесного наказания для Апраксина-младшего, — глаза Донцова мелькнули отблеском торжества.