Одаренный

А слышно было все, вплоть до хриплого дыхания Донцова. И его зрачки тоже, хотя и разрешение камеры было так себе.

Отец с упоением просмотрел ролик до конца, аж с восторгом.

— Почему волшбу не использовал?

— А зачем? — пожал плечами я. — Они тоже рассчитывали только на грубую силу без нее. И так дал просра… прочувствовать, что не только они тут главные.

— Зрачки у него приметные, — сказал отец.

И тут блямкнул ноут, стоящий у него на столе. Отец открыл экран, поелозил мышкой, и хмыкнул.

— Что такое?

— Новости из больнички, куда ты поместил наследников сразу трех родов. Точнее, токсикология. Экспресс-тест на наркотики, а количественный будет позже.

— Ну, папенька, вы даете…

— А ты думаешь, зря я что ли в госпиталь Перуна жертвую? Иногда им приходится отрабатывать мои деньги. Как вот с тобой, например. Или с этими наследничками ублюдочных родов… Нет, я не ругаюсь, Потоцкие из байстрюков вышли.

— Я так понимаю, у тебя и досье на них всех есть? — вкрадчивым голосом спросил я. У самого аж от предвкушения чуть слюни не пошли.

— Есть, только не про твою честь, — усмехнулся папаша. — Нужно же знать потенциальных контрагентов. Или с кем дела никогда и вообще не иметь. Теперь слушай сюда, наследник. Сейчас здесь появится свора этой мелюзги и начнет выдвигать мне претензии. Тебе, увы, придется быть здесь, как обвиняемому из клана Апраксиных. Так вот. Будешь тише воды, ниже травы, вид сделай виноватый, как у обосравшегося котенка. И взгляд такой же. И не вздумай открыть рот, пока я не разрешу. Понял?

— Понял, — кивнул я.

— И, главное, ничему не удивляйся. Сделай покерфейс, знаешь, что это такое?

— Это когда вы, папенька, объявляете мизер без двух хозяек? — осклабился я.

— Не позорь меня, наследник. Без одной — еще ладно. И то, смотря с кем за ломберным столом сидишь. Но смысл ты понял.

Я кивнул. Папан явно затеял какую-то игру, спектакль, достойный подмосток Императорского театра. И я в ней — статист, который по команде должен крикнуть «Кушать подано!».

В это время зазвонил телефон внутренней связи, старый убогий дисковый аппарат — папаша не признавал нововведений из соображений безопасности.

— Зови!

В комнату постучали, вошел лакей.

— Их сиятельства графы Донцов, Свирский и Потоцкий и вирник Онуфриев!

Папаша сделал жест, и лакей отступил в сторону, придерживая дверь.

Ба! Чудо-аристо пожаловали! Но печать вырождения так хорошо лежала на их рожах, хорошо знакомых мне по их наследникам.

— Прошу вас, садитесь, господа! — отец широким жестом показал на вычурные кресла.

— Ваше Сиятельство, мы прибыли по неотложному делу, — начал с порога Донцов.