Обручимся? Влюблен без памяти

- Меня?

Запрокидываю голову, чтобы поймать его печальный взгляд.

- Себя, Слав, - он морщится так, будто испытывает отвращение к самому себе. - Поехали домой? Поговорим.

Очередная уловка, на которую я не поведусь. Надоел этот аттракцион – хочу спокойной жизни. Мне ребенка нужно выносить без потрясений и родить благополучно, а не с тараканами Высоцкого канкан отплясывать.

- Я тебя услышала, Арсений, - проговариваю на удивление равнодушно. Отстраняюсь, оттряхивая пальто от лепестков. - Мой ответ: «Нет».

- Тц, а-ай! – сокрушенно тянет он, запуская пятерню в волосы. - Булочка, ты все усложняешь!

- Да, а у тебя всё слишком легко. Как видишь, мы не подходим друг другу.

Прижимаю букет и сумку к груди, делаю шаг назад и отворачиваюсь от Высоцкого.

Зря…

В следующую секунду мои ноги непроизвольно отрываются от земли, а я сама подлетаю, как парашютик одуванчика от сильного ветра. Оказываюсь на руках у Арса, который с хамским «тш-ш» несёт меня к выходу.

- Отпусти, - ошарашенно выдыхаю. – Тебе тяжело.

- Мне офигенно, - смеется он, придерживая дверь плечом. – Я же сказал – домой!

‌‍Глава 34

Арсений

- Проходи…"

"Я легко подталкиваю Славу в дом, а сам стою за её спиной, как телохранитель, отрезая ей любые пути отступления.

Ненадежная она. Моргнешь – исчезнет.

Сначала в Магадан пыталась улететь, потом по пути к машине порывалась сбежать от меня по снегу. Держала в тонусе всю дорогу. Даже оказавшись в моих руках на заднем сиденье такси, она злилась и фырчала так, что водитель не выдержал и сочувственно оглянулся. Правда, в ответ получил от меня пару ласковых и грубую угрозу лишить его чаевых, если будет совать свой нос в нашу семью, после чего он удивленно отвернулся.

Никому не понять, какой это кайф, когда над ухом убаюкивающе жужжит разъяренная Булочка, впивается ногтями в ладонь, покоящуюся на её пышном бедре, но при этом позволяет ласкать и целовать её в промежутках между обиженным шипением.

- Арс, почему у тебя воняет, как в кунсткамере? – приглушенно тянет Слава, будто зажала нос пальцами. Не снимая верхнюю одежду, бредет дальше по коридору. На запах. – Надеюсь, там нет заспиртованных органов в банках?

Опять недовольна. Какая прелесть.…

Щёлкает выключатель, а вместе с ним – тумблер в моем мозгу.

Чёрт, я же не успел убраться! Не до этого было – в аэропорт спешил.

- Стой! – спохватившись, ловлю ее на пороге зала – главного логова греха и порока. – Не надо туда…

Разумеется, она не слушается. Выкручивается из моей хватки, заходит в комнату, окидывает растерянным взглядом царящий вокруг бардак. Фокусируется на разбитом бокале, хмурится.

- Ты пил? – уточняет очевидное, уперев руки в бока.

Оборачивается, с укором посмотрев на меня. Ведёт себя, как женушка с десятилетнем стажем, и ей эта роль к лицу.