Обрученные луной

Не всегда это приносило ей радость, но случались и особые вечера, когда у некоторых из ее детей, самых любимых, все было хорошо, и тогда лунный свет лился и искрился особенно нежно и чисто…

— Арлис? Я же тебе только утром перевязку сделала! Только не говори, что ты умудрился ее содрать или намочить!

Аренея подозрительно посмотрела на Когтя дружины, что мялся у двери с такой виноватой мордой, какой она у него давным-давно не видела.

— А? Нет, повязка на месте!

Арлис торопливо задрал рукав рубашки и показал свежую белую ленту на предплечье. Повязка была в полном порядке. Хм…

— А что случилось? — поинтересовалась Аренея, переливая только что сваренное зелье в бутыль и затыкая пробкой. — Коты опять с Волками подрались? Или их наконец-то похмельем пришибло пополам с расстройством желудка? Учти — лечить не буду! Не хотят думать головой, пусть думают брюхом, сидя в уборной.

— Да нет… — вздохнул Арлис. — Ари… мне с тобой поговорить надо.

— Кто ж тебе не дает? — удивилась Аренея. — Проходи и говори. Если что-то не для чужих ушей, так я одна, девчонки на праздник ушли.

Девчонки… Некоторым за полсотни лет перевалило, но все как одна сегодня на площади, где Арзин третий день празднует свадьбу дочери вождя с Клыком Черных Волков. Там гулянье, смех, накрытые столы и бочки с вином и пивом… Хоть само венчание случилось давным-давно, а настоящий праздник Рассимор устроил теперь, после победы. И гости славные, дружинников Брангард привел как на подбор… В другой раз Аренея сама, может быть, полюбовалась на матерых Волков, что и в драке оказались хороши, и за девицами ухлестывали рьяно, и даже с Котами-соперниками ухитрились драться весело, без выбитых зубов и сломанных костей, а только показывая лихость с обеих сторон. Но сегодня… сегодня что-то настроения не было.

— Я спросить хотел, Ари… — помолчав, сказал Арлис и посмотрел совсем виновато, разве что уши не прижал. — Помнишь, я тебя когда-то замуж звал?

— Нашел, что вспомнить, — передернулась Аренея. Все-таки вечер оказался паршивым. Вот зачем было душу бередить, а? — Ну, звал… И что?

Какой же она тогда была дурой. Нет, о том отказе Аренея не жалела. Слишком она любила Рассимора, а его лучшего друга уважала и ценила, чтобы поменять не сложившуюся любовь на фальшивую. Арлис-то ее любил, а вот она, что она могла ему дать?

— Двадцать лет прошло… — тихо сказал Арлис. — Ты все еще его любишь?

— Да какая теперь разница? — горько усмехнулась Аренея, ставя бутыль на стол, потому что руки отчего-то задрожали. — Арлис, ты уж говори прямо, не ходи как кот вокруг сметаны. — Чего ты хочешь?

Разозлившись на собственную слабость, она упрямо взяла вторую бутыль и зачерпнула деревянным ковшиком отвар из большого котелка.

— Ладно, — покорно согласился Коготь.