Обрученные луной

Хольм молча догнал ее, молча сунул ей локоть, и Лестана оперлась на него, с мучительной остротой сожалея, что больше никогда он не подхватит ее на руки легко и спокойно, не отнесет… куда угодно! Им нельзя, нельзя этого! Или… у нее просто не хватит сил отпустить его. Может, все было бы иначе, если бы он любил ее, а не просто чувствовал себя обязанным помочь. Но она ждала его признания, почти выпрашивала, а он молчал! И молчит до сих пор! Значит, чудо закончилось. Земляничная рассветная сказка, тайну которой она так никогда и не узнает. Сладкая, но обернувшаяся самой большой горечью в ее жизни.

Они дошли до окна ее спальни, и Лестана увидела, что под стеной один на один поставлены несколько камней, образуя устойчивую лесенку. Вот как он спускался с ней на руках, значит. Предусмотрительный… Заботливый…

Придерживая подол рубашки и уже не думая ни о каких приличиях, она забралась в окно, перелезла в спальню и нырнула в постель. Едва не расплакалась, вспомнив, что так ни разу не позвала Хольма в кровать. А ведь Кайса ее предупреждала! Дура высокомерная! Теперь он навсегда запомнит, как проводил все ночи у нее на коврике перед дверью!

Боль стыда терзала изнутри, и Лестана приподнялась, чтобы позвать, извиниться, сказать хоть что-нибудь…

Волк влез в окно, аккуратно повесил на кресло влажный от росы плащ, оглядел рубашку, испачканную земляникой, но будто в кровавых пятнах, и снова снял плащ, набросив его на плечи и запахнув так, чтобы прикрыть следы от ягод.

— Сладких снов… — сказал, не глядя на Лестану, и вышел, прикрыв за собой дверь.

Лестана уткнулась в подушку и затряслась в беззвучных рыданиях, все еще чувствуя на губах вкус его губ и земляники. Самый чудесный подарок в ее жизни! Выздоровление! Свобода! Разве не этого она хотела?! Почему же так горько?

— А хорошие у вас тут места, — жизнерадостно сказал Хольм, принимая у Тайвора стрелу с окровавленным наконечником. — Богатые на дичь.

Перепелку, из которой стрела была вытащена, Тайвор сунул в здоровенную охотничью сумку-ягдташ, уже забитую почти доверху, и снова вскочил в седло. Хольм под устремленными на него взглядами лучезарно улыбнулся и пожал плечами, будто извиняясь. Мол, что поделать, опять успел чуть-чуть раньше вашего наследника.

— Не расстраивайся, Ивар, — продолжил он самым сочувствующим тоном, на который был способен. — Остальные все твои. Куда мне столько? Размялся — и хватит!

Полюбовался бледным от злости лицом соперника и небрежно добавил:

— А хочешь — и тебе настреляю! Не дело наследнику возвращаться из леса с пустой сумкой.