Обрученные луной

 — Я так рада!

Сегодня она была в обычном белом платье, но на этот раз очень скромном, украшенном всего одной ниткой янтарных бус. Тонкое чеканное лицо мягко светилось в полумраке безупречной, несмотря на возраст, кожей, а глаза в полумраке казались темными, потому что Мирана сидела в стороне от подсвечника.

— Леста, милая, — склонилась матушка к Лестане и легонько погладила ее по щеке. — Госпожа Мирана хотела поговорить с тобой об очень важном деле! Выслушай ее внимательно и будь умницей, подумай об этом хорошенько.

— Да, матушка. — Лестане очень хотелось подставить под ласковую ладонь голову и попросить погладить еще, но при Миране нельзя было выказывать подобную слабость, так что она поймала взгляд жрицы и улыбнулась уголками губ. — Я буду очень внимательна, обещаю.

— Наша Леста всегда умница, — улыбнулась в ответ Мирана. — Счастливы вы с Рассимором, имея такую дочь. Я не могу пожаловаться на Ивара, но все-таки он такой мальчишка! То подерется, то влипнет во что-нибудь… Ах, Лестана, если бы ты знала, как он жалеет, что не уберег тебя! Просто места себе не находит!

— Ничего, тетушка, я его не виню, — отозвалась Лестана, чувствуя, как холодная злость душит ее, но и прибавляет странным образом сил.

«Ох, только бы уши снова не появились! Совсем ни к чему выдавать Миране такое преимущество в игре. Пусть и дальше думает, что Лестана беспомощна!»

Она постаралась успокоиться и спросила, изо всех сил изображая наивную девочку. Примерно такую, какой была всего пару месяцев назад до отъезда из Арзина. И неважно, что та милая Лестана умерла от ножа в спину рядом с Волчьим храмом:

— Так что вы хотели, дорогая тетушка?

— Ах… — Ресницы Мираны затрепетали, и даже в полумраке стало видно, что они искусно подкрашены. — Эли, расскажи ей ты, прошу! Я так волнуюсь…

«Переигрываешь… тетушка! — Лестана в упор посмотрела на женщину, и та, словно уловив ее мысли, качнулась назад, глубже уходя в полумрак и скрывая лицо. — Но матушка поверит, конечно. Она всегда тебе верила и доверяет до сих пор».

— Да, конечно… — Матушка посмотрела на Лестану все с той же растерянностью и неловко, с настоящим, в отличие от Мираны, волнением сказала:

— Леста, милая… Ивар просит твоей руки.

В первый миг Лестана даже не поняла, что она слышит. Во второй — безмолвно поразилась. В третий — возмутилась! Столько слов разом просились слететь с языка, что она не смогла вымолвить ни одного и тут же обрадовалась этому. Потому что сказала бы такое! Чего точно пока говорить не следовало…

— Ивар? — выдохнула она еще через несколько мгновений, щедро показывая свое удивление. — Но… он же мой брат!

— Всего лишь двоюродный! — торопливо прервала матушка.