Обреченные стать пеплом

Почему я до сих пор не навестила Генри, ведь даже сейчас он был на расстоянии всего лишь какого-то километра от меня…

Как бы сильно я не хотела признавать того факта, что у меня неправильная реакция на детей, особенно на новорождённых, факт оставался фактом: я не хотела держать на руках очередного рождённого не мной ребёнка.

Пока Полина молчала, я задумалась о том, могла ли я вообще когда-нибудь родить, ведь Амелия предсказывала лишь тень, которая явилась одновременно с ребёнком Пени. Вдруг мне не суждено было стать матерью с самого начала?.. Вдруг суждено было пережить этот злосчастный выкидыш?.. Вдруг это всё у меня на руке написано?..

– У тебя появился новый друг? – вырвала меня из моих мыслей совершенно неожиданным вопросом Полина.

– Ты о чём? – непонимающе покосилась взглядом на собеседницу я.

– Говорят, ты гуляешь по вечерам с каким-то высоким блондином.

– Мона. Она видела вас пару раз на набережной неподалёку от дома.

– Роберт травматолог, он лечил мою руку.

– Значит, вы уже давно общаетесь.

– Три месяца, получается, – сдвинув брови, выпустила тонкую струйку дыма из лёгких я. – Вижу, тебе это не нравится.

– Причём здесь моё мнение? Ты вольна делать всё, что вздумаешь.

– Не знаю. Мне этот тип не по душе, хотя я и видела его лишь краем глаза.

– Значит, ты его видела.

– На прошлой неделе проезжала вдоль набережной.

– И Мона здесь ни причём?

– Она видела вас всего один раз. Второй раз видела я.

– Ты должна осознавать, что мы с ним просто знакомые и между нами ничего кроме общения нет, и быть не может. Прошло всего десять месяцев и три дня с момента смерти твоего племянника. Думаю, я ещё долго буду отходить от этой травмы и далеко не факт, что вообще смогу отойти. Это останется со мной навсегда. А моё общение с Робертом – просто пустая, ничего не значащая болтовня, позволяющая мне на пару секунд отвлечься от реальности.

Полина нехорошо отреагировала на Роберта. Для того, чтобы это заметить, не нужно было обладать сверхчувствительной проницательностью. Она ревностно охраняла территорию Робина, заблаговременно предупреждая всяческое посягательство на неё. Но она не могла об этом ни то что сказать вслух, но даже признать этого факта. Мне же было безразлично.

Поднявшись с лавки, я в последний раз затянулась и сразу же выпустила внушительную струю дыма из лёгких. Возможно мне показалось, но Полина вдохнула дым моей сигареты, пока я слегка пригнулась, чтобы положить окурок в пепельницу над урной.

– Ладно, зеленоглазка, нам пора домой, – сжато произнесла она, прежде чем я успела развернуться, и поспешно зашагала к своему ламборджини, на котором собиралась отвести меня обратно в Лондон.

Взяв с лавки нетронутую бутылку пива, я последовала за Джорджевич.