Обреченные стать пеплом

Из-за своего нервного напряжения я едва не прозевала момент, когда Байрон дал своё согласие на вопрос священника, после чего должна была подать свой голос Нат, однако Робин буквально расшатал меня за моё предплечье и, заглянув мне в глаза, спросил, всё ли у меня в порядке. Я, разумеется, солгала, прошептав, что, конечно же, всё в полном порядке, как вдруг сразу после моего шёпота толпа людей вокруг нас буквально взорвалась от аплодисментов, и племянницы Нат начали осыпать целующихся молодожёнов белоснежными лепестками цветов. По-видимому, Натаниэль Беннет дала Байрону О'Кконеллу своё согласие взять себе его фамилию и начать рожать от него детей…

В итоге весь день для меня прошёл в страхе перед призраком Дариана, который, к счастью, и что было совершенно очевидно с самого начала, так и не материализовался.

Нат познакомила меня с Джимом, его женой Эйприл, одиннадцатилетней Челси и десятилетней Джиной. Девочки были похожи больше на Эйприл, однако они обе унаследовали свои подбородки от отца, что автоматически подчёркивало их родство с Натаниэль, которая, казалось, души не чаяла в своих племянницах (в какой-то момент мне даже показалось, будто этим двум вертлявым девочкам невеста уделяет даже больше внимания, чем своему состоявшемуся мужу). Что касается Байрона, оказывается он ушёл с поста директора школы, вместе с собой прихватив и своего секретаря. С недавних пор Байрон и Нат с головой погрузились в родительский бизнес первого. После медового месяца на Бали они планировали вернуться в город и расширить дело: в придачу к родительской сувенирной лавке открыть цветочную и канцелярскую “точки” в уже выкупленных местах в новопостроенном супермаркете, открытие которого было запланировано уже на начало октября, а к концу года Байрон планировал открыть второй в нашем городе книжный магазин, и тем самым составить конкуренцию никудышной книжной лавке, которую в центре города держал старый скряга, цена на книги у которого была завышена вдвое, из-за чего жителям приходилось закупаться литературой в Лондоне или через интернет-ресурсы. В общем, у этих двух всё было “схвачено”, и это заставляло меня чувствовать ложное облегчение, будто “схвачено” всё было у меня, а не у них.

Я отдала деньги Нат, которые она одолжила мне в начале июля, положив их в поздравительный конверт, однако я сомневалась в том, что они ей были особенно необходимы. Что-то мне даже подсказывало, что у Байрона имеется дополнительный источник доходов, о котором я ничего не знаю, так что я не сомневалась в том, что отныне Нат не будет испытывать материальную нужду, какие бы ни были у нее феминистские взгляды на жизнь.

Однако не один Байрон удивил меня этим вечером своими планами относительно личного бизнеса.