Обреченные стать пеплом

Зато я предоставляю его тебе. Мои друзья женятся, и у меня есть два пригласительных. Как ты относишься к подобному предложению?

– У меня есть костюм, – невозмутимо пожал плечами Роб.

– Только не говори, что тот самый, в котором ты вытащил меня из полыхающей машины.

– Ну не выкидывать же его, – наивно-удивлённым взглядом окинул меня мой собеседник, явно подыгрывая моей иронии.

И вправду. Нельзя выкинуть всё, что хранит в себе неприятные воспоминания. Иначе мне пришлось бы выбросить на свалку всю себя без остатка.

Не смотря на то, что до церемонии бракосочетания оставалось всего полчаса, а гостей, если верить входному списку, должно было явиться не менее ста двадцати персон, мы с Робом приехали на свадьбу одними из первых.

О том, что на свадьбе будут присутствовать мои родственники, Нат предупредила меня задолго до самой свадьбы. Огневолосая была не так уж и близка с моей семьёй, однако из-за того, что Байрон пригласил сотню душ со своей стороны, Нат хотела, чтобы на её свадьбе присутствовали хоть какие-то и ей знакомые лица, а так как у неё кроме брата и его семьи больше никаких родственников не было, подруга в итоге решила создать со своей стороны “какую-нибудь” группу поддержки. В итоге в эту “группу” вошли мои родители, я, Хьюи с Эсми (правда Эсми не смогла прийти из-за неожиданно возникшей у её дочери простуды), Миша и Брэм, Коко и Олаф, и, наконец, Даррен и Паула, оставившие своё трио дочерей-погодок под присмотром родителей последней. Руперт, Пени и Пандора тоже были приглашены, однако у Пени резко открылся токсикоз и, в итоге, все трое отказались от приглашения на свадьбу: Руперт присматривал за выворачивающейся наружу Пени, а Пандора присматривала за Рэйчел и Барни. Что же касается Генри и Греты (похоже Нат решила позвать всех соседей с нашей улицы, за исключением Айрис, которая накануне на две недели укатила в Челмсфорд к друзьям), эти двое не смогли присутствовать на свадьбе по причине своего отъезда в Берлин – решался один из последних вопросов относительно продажи жилплощади Греты.

Вопрос о том, приду ли я одна или со мной “кто-то” будет, Нат решила уточнить за две недели перед свадьбой:

– То есть ты хочешь мне сказать, что придёшь не с Дарианом? – напряжённо прозвучал голос рыжеволосой в телефонной трубке, и я тут же услышала, как она с грохотом о деревянную доску отрезала кусок от своего яблока.

Тот факт, что моё окружение до сих пор представляет меня в компании Дариана, меня немного смутил: будто за эти два месяца я вовсе не начала новую жизнь, а временно приостановила старую, которая никуда не делась и всё ещё поджидает за ближайшим углом моего неминуемого возвращения.

– Я могу прийти одна… – начала я, но Нат перебила меня.