Обратной дороги нет

Все, кто выжил в адской бомбардировке, уже сложили оружие в кучи, под присмотр дружинников. После чего занялись сортировкой раненых и убитых, раздевая последних догола. Раздетые трупы стаскивали на берег Ярвы, собирая для перевозки. Убедившись, что попыток бунта ждать не следует, подполковник демонстративно застрелил из револьвера пару самых дерзких татар, видимо, сотников. По реакции остальных кучумцев стало ясно, что до утра, как минимум, они останутся спокойными. Только тогда Пётр с пятью дружинниками отправился к устью Ярвы, захватывать обоз Маметкула.

Этих дружинников он отобрал заранее, все были вооружены, кроме ружей, парой револьверов в поясных кобурах. В заплечных мешках у парней лежали гранаты, по десятку на человека. Вполне достаточно для захвата сотни тыловых крыс; как все боевые офицеры, Петро не любил тыловиков. Однако солнце клонилось к закату, следовало спешить. Шестеро воинов в темпе перебрались через завал между скалами, отметив, что уровень воды в реке практически не поднялся. Вода спокойно продолжала течь сквозь крупные глыбы развалившихся от взрывов скал, отвалить которые можно за пару часов работы. Так что судоходство на Ярве закрылось ненадолго.

На привычную поляну в устье Ярвы шесть мужчин выбрались через полтора часа, застав там полную расслабленность. Слуги Маметкула не могли предположить, чтобы огромная орда за пару часов испарилась. Даже при невероятном стечении обстоятельств и не-удачном сражении отступающие войска должны предупредить обоз за пару часов. Заготовка командира не дала тыловикам этих часов, охранная полусотня мирно дремала в тени. Им хватило пары брошенных гранат, чтобы лагерь засуетился. Татары бегали, словно тараканы по ночной кухне, куда хозяин пришёл попить воды и включил свет. Никто не пытался сопротивляться, вот бежать на вытащенных на берег лодках собирались многие.

Командир быстро отбил подобные желания, выстроив своих людей возле лодок и застрелив пару особо рьяных беглецов. Затем уложил всех татар на землю, предоставив дружинникам вязать пленников и усаживать группами на поляне. Всё это время Пётр внимательно смотрел за поведением остальных татар, не давая себе и другим расслабляться. По горькому опыту подполковник знал, что самые неожиданные и тяжёлые потери бывают как раз в подобные моменты. И оказался прав, один из выживших от взрыва гранат охранник внезапно накинулся на дружинников с саблей в руке. Благо офицер, на всякий случай, подошёл туда почти на полста метров. Вполне удобная дистанция для точного выстрела из ружья, пуля которого отбросила татарина метра на три, лишний раз продемонстрировав тыловикам опасность сопротивления.