Весеннее обострение

— Ханна, с тобой все в порядке?

А я смотрю на Дусю, поднимающую тапок, и понимаю, что сделать уже ничего не могу. Не осмелюсь. И вот уже, как там говорила эта ненормальная, шатен моей мечты плавно сползает на пол.

— Чем ты его? — грустно спрашиваю я.

— Ай, — досадливо отмахивается Дуся, — всего лишь оглушающим по нему врезала. Жить будет. Давай положим его на кровать.

А он тяжелый! Но нам удается поднять тело полковника и водрузить его на постель. Лежит, бедный, в черной своей рубашке. Стоп, а это что?

— У него кровь на руке.

_ А может, это не его?

— Дуся, — рычу я и пытаюсь порвать рукав на рубашке Кира. Рукав мокрый, ткань плотная. Не поддается.

— Дай, я! — говорит княгиня. Легкий взмах тапком, и вот уже Кир вообще без рубашки. Мамочки! Это что же с ним делали? Он весь в синяках и царапинах, а на правом плече — рана. Может быть, и неглубокая, но мне все равно страшно.

— Ну, — говорит Дуся, а в голосе скепсис, — твой полковник с кем-то подрался.

— Лечи его, — велю я.

— Деточка, а ты не попуталась?

— Я не в том смысле, что это хамство с твоей стороны, хотя это тоже верно. Я — некромант, дорогуша. У меня лечение не то, что через раз, на восьмой раз только получается.

— Ну попробуй! — канючу я, а сама лицо воина этого глажу.

Дуся хмыкает и начинает махать тапком. Долго так взмахивает, однообразно, и, наконец, рана на руке Кира начинает затягиваться, а синяки бледнеть.

— Спасибо, — говорю я и всхлипываю.

— Дура ты, — ласково отзывается Дульсинея, — пусть хоть у кого-то из нас мужик останется. Кстати, я не просто так полковника твоего оглушила. Мы его будем брать в заложники. Если он — сын Кардагола, пусть папаша его воскрешает Терина. И не агу. И Дуся снова начинает махать тапком.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Заклинание к нему привязываю.

— Ядовитые сети, чтоб их.

— Нет. Не бойся, ничего рыцарю твоему не грозит. Обыщи его.

— Затем, что у него могут быть амулеты всякие! Обыщи его.

— Нет, блин, я. Чего ради я буду чужих мужиков лапать? Мне, может, моего еще удастся обратно получить!

Хм. Обыщи. А как это делается?

Склоняюсь над Киром и начинаю осторожно ощупывать его оставшуюся одежду.

Дульсинея стоит у меня над душой, руки в боки — наблюдает.

— Ты ему эротический массаж решила сделать? — интересуется Дуся, отталкивает меня в сторону и быстро, деловито, обшаривает Кира.

— Только вот это, — заявляет она, протягивая мне какую-то странную шестиугольную монету.

— Быстро ты, — выдыхаю я.

— Не первый год замужем! — гордо отвечает княгиня. — Ну что, я орла твоего привожу в чувство?

— А что мы дальше будем делать?

— Как что? Пойдем Кардагола шантажировать.

— Что?! — верещит Дуся, — я сейчас и тебя… оглушу нафиг! И оставайся здесь до скончания веков! Мне нужен муж, живой и невредимый, тебе — к маме с папой.