Овечка в академии оборотней

Так ударить словом, чтобы его сердце сжалось в агонии!

Подойдя почти вплотную к выскочке, плюнула ему под ноги:

– Негация – это твоё существование!

Стадион дружно охнул, а Кид отступил от меня.

– Да как ты смеешь!? Да это… это…

– Это, – указала я на себя, скривившись от раздражения, – поборник старых законов и права сильнейшего, мальчик!

Принц выпучил глаза, а я никак не могла взять под контроль свои эмоции.

– Передо мной стоит наследник Дрогала?! Да в твоём десятилетнем брате достоинства было в тысячи раз больше, чем в тебе и устроенном тобой мордобое!!!

Кид кинулся на меня, но я ожидала нечто такого, поэтому громко выкрикнула: «Щит!».

Невидимая сфера окутала меня со всех сторон. Принцу ничего не оставалось, как яростно стучать в незримую защиту, ходя кругами, как панночка вокруг Хомы. Тело шипевшего проклятия Маркуса тоже входило в купол. Его размерчик получился приятного объёма.

Я наслаждалась произведённым эффектом.

Лицо Кида пошло бурыми пятнами, глаза метали молнии, но ещё я в них видела такую пустую боль, что долго удовольствия получать не вышло.

– Я вызываю тебя на бой!

Хоть Кид и учился на пятом курсе, но по моим подсчётам, Амер был младше Маркуса почти на три года, поэтому я с чистой совестью хмыкнула:

– Мальчик, ничего не выйдет. Я не собираюсь тебя бить, но и ты не сможешь добраться до меня.

Цокнув, покачала головой, выбешивая засранца.

– Не-а. Ты вызываешь. Выбор стиля и оружия за второй стороной, красавчик. А я ещё не поехала крышей, чтобы драться с тобой на кулаках… хотя… – возбуждение захватило меня настолько, что Кид сбледнул. – Знаешь, а давай! После полнолуния! Выбираю бой ипостасей!

Тут уже арена не выдержала и разразилась хохотом.

Конечно, ведь только глухой не слышал, что ипостась Релей – пушистая мягкая овца. Что она за соперник императорской пантере!? Ха!

Только Кид не смеялся.

Принц с подозрением оглядел меня, хмурясь своим мыслям.

Это означало одно – не всё потеряно для этого выскочки. Минимальный объём разума присутствует. И зачатки чувства самосохранения.

Но общественное мнение всё же одержало верх, и Амер расплылся в улыбке.

А я? А я почувствовала крылья за своей спиной.

– Знаете что? – Громко выдала я, призывно подняв руки. – А давайте все?

Смех затих. Осторожно, немного туповато, словно в замедленной съёмке.

– Я вызываю всех и каждого этой академии… кроме преподавателей, если они, конечно, не желают обратного! Ровно в полнолуние! Вы же любите бои?

Состояние зрителей не передать словами. Описать их эмоции невозможно даже в отдельной книге! Кто недоумённо хлопал ресницами, у кого-то рот открылся. Третьим количества передаваемого мимикой превосходства хватило бы, чтобы завоевать весь мир! А другим сочувствия, чтобы избавить планету от бедности.