Овечка в академии оборотней

Сама не заметила, как из поисков переброса проклятия я переключилась на розыск заклинания, отнимающего сны. Ну, не жизнь это! Сплошной кошмар! Круги под глазами уже на ПМЖ расположились! Только поставленная магическая печать да медальон Маркуса спасали! Если бы не подарок моего кота…

Вторая вещь – жуткая тоска и отчаяние.

Жить в империи оборотней и игнорировать того, ради кого я выбрала этот мир – это настолько несправедливо, что слов не подобрать! Только книги меня спасали от мыслей и частых встреч с пятикурсником. Собственно, этим и объясняются успехи в магии.

И всё равно я часто ловила себя на том, что слежу за Корвином. В общем зале, академической аллее, которую пересекала, шагая в целительный корпус, в библиотеке. О! В самой библиотеке, кстати тоже – везде на подсознательном уровне я искала Маркуса, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Даже терпела внимание навязчивых оборотней, лишь бы разок взглянуть на Корвина…

Только целительный корпус стал для меня тем убежищем, куда дедушка Крирон никого не пускал.

Сначала и там меня доставали… «травмированные». Специально или нет, а поток пострадавших то на дуэли, то случайно, неизменно рос, пока я не спустилась в бункер. Ну, тот, где пережидала свою овуляцию. Кстати, очередной её приход я пересидела именно там. Мне даже еду приносили в бетонированные четыре стены.

Я не жаловалась. Наоборот, привела свою духовную организацию в более или менее приличное состояние. Во всяком случае, когда покинула бункер, моё сердце уже не сжималось от отчаяния, едва наши с Маркусом взгляды сталкивались, тут же расходясь.

«Ко всему можно привыкнуть, верно? Если и нет, я привыкну! Главное, что Корвин жив и здоров… и счастлив?» – Последнее вызывало у меня сомнения.

После нашей «милой» беседы в коридоре женского общежития, Марик стал… самим собой.

Замкнутый и задиристый сын герцога пустился во все тяжкие. Не спуская никому обиды или неуважения, оборотень возобновил свою традицию.

Почти каждый день Марик вызывал на дуэли своих нечаянных обидчиков.

Не так посмотрели, не то сказали… «какого хера улыбаешься!?» – Маркус жёг!

В его сторону перестали коситься даже самые задиристые выпускники. Об адептах младших курсов я вообще молчу!

Сначала это пугало меня, а потом я махнула рукой. Он по-своему справляется со своими эмоциями, я – по-своему. Только иногда направляла в сторону своего любимого чокнутого сумасброда поток целительной силы, с тоской кусая губы.

Новость о помолвке Маркуса с Риммой Деран взбудоражила академию, перетягивая внимание болтунов с сенсационного обнаружения мимикрита.