Обольстительница

Может, это реверанс в его сторону?

– Прольется еще немало крови, прежде чем подобные проблемы разрешатся, – негромко проговорил он. – Но попомните мои слова, джентльмены: Югу нанесен сокрушительный удар.

Снова раздался дружный хор возражений. Джером молча слушал их.

В конце февраля Ларсон нашел еще один повод поиздеваться над Джеромом. На этот раз он вел себя осторожнее. Разговаривал с капитаном через зарешеченное окошечко в двери камеры.

– Эй, ты, краснокожий мятежник! У меня для тебя хорошая новость. Ты знаешь такого – Джейми Мэджи Маккензи?

Джером с трудом сдерживался, повторяя про себя, что его время придет.

– Моего отца зовут Джеймс Маккензи.

– Да нет же, я не об отце. Знаешь ты такого – Джейми Мэджи Маккензи?

– Странно. Это ведь твой сын, капитан. Родился здесь, в столице наших добрых Соединенных Штатов Америки. Он теперь янки, слышишь, ты, краснокожий мятежник? Твой сын родился янки.

Громко хохоча, Ларсон отошел.

Джером в ярости стукнул ладонью по стене. Потом еще и еще, пока не пошла кровь.

Его сын. У него сын. Джейми… В честь отца? Что это значит? Что пытается доказать Райза? И как она там?

Он стиснул зубы, вспомнив, как плохо было матери после родов. К счастью, его жена гораздо моложе и крепче. Но ведь роды могут быть опасны в любом возрасте. Нет, с Райзой должно быть все в порядке. Если бы с ней произошло что-то неладное, Ларсон с удовольствием сообщил бы ему эту новость.

Он снова оглядел стены. Проклятие! Пора выбираться отсюда. И поскорее. Надо двигаться на Юг. Сына он возьмет с собой. Что же касается жены…

В отношении нее у него тоже были кое-какие планы.

Энгус Мэджи никогда не предполагал, что приезд дочери в Вашингтон сможет его огорчить. И это при том, что у него совсем недавно появился первый внук. Правда, им с дочерью не часто приходилось видеться. Его войска находились к югу от города, и отлучки домой были сопряжены с большими трудностями.

Райзу доставили к нему под охраной одного из офицеров, проводивших операцию по захвату корабля Маккензи. Райза была в бешенстве. Генерал потребовал ответить, что она делала на судне, принадлежавшем военно-морскому флоту конфедератов, и она объяснила, что хотела родить ребенка в родном доме своего мужа.

– Успокойся, Райза. Сейчас ты у себя, на Севере. И я такой же дедушка, как и Маккензи. Ты должна остаться здесь. Ребенок родится совсем скоро. Путешествовать в таком положении… Ты подвергаешь опасности себя и ребенка.

Райза всегда отличалась благоразумием. Ну если не всегда, то по большей части. Пожалуй, в последний раз она лишилась своего обычного благоразумия, когда связалась с капитаном-конфедератом.

– Хорошо, папа, я остаюсь. У меня просто нет выбора.