Коварный обольститель

Она слышала его, однако не придала ему значения; посему появление мистера Орде, вошедшего в комнату безо всяких церемоний, застало девушку врасплох. Испуганно ахнув, Феба выронила карты, которые держала в руках. Том повернул голову и в смятении воскликнул:

– Отец!

Сквайр[46], глядя на беглецов с видом человека, заранее знавшего, что так оно и будет, закрыл за собой дверь и сказал:

– Ага! Итак, что вы себе позволяете, хотел бы я знать?

– Это я во всем виновата! Прошу вас, не сердитесь на Тома! – взмолилась Феба.

– Ничуть не бывало! – вскинулся Том. – Вина целиком и полностью лежит на мне, это я все испортил и сломал ногу!

– Так я и знал! – заявил любящий родитель. – Полагаю, я должен радоваться уже тому, что ты не сломал себе шею. Юный растяпа! А что сломали себе мои лошади?

– Ничего, они лишь растянули коленные сухожилия! – заверила его Феба. – И я приложила все усилия… Но позвольте помочь вам снять пальто, сэр!

– Бесполезно пытаться задобрить меня, девочка! – сурово заявил мировой судья, однако принял предложенную помощь. – Ну и переполох же вы устроили! Еще немного, и ты, Феба, свела бы своего отца в могилу!

– О нет! – вскричала девушка, побледнев.

Сквайр немного смягчился, видя, что по-настоящему напугал ее, и потрепал Фебу по побелевшей щечке.

– Ну-ну, все не так плохо, но ты же знаешь, как бывает, когда что-либо гложет его!

– Папа, мы не убегаем под венец! – выпалил Том, прервав мистера Орде.

Сквайр удостоил сына взгляда, полного ласковой насмешки.

– Чушь собачья, Том: я никогда и не сомневался в этом. Но, быть может, ты все-таки расскажешь мне, что натворил, – помимо того, что опрокинул мою новую коляску в канаву и разбил два ее колеса?

– Я вез Фебу в Лондон, к ее бабушке. Феба готова была отправиться туда в почтовом дилижансе, если бы я не сделал этого, сэр!

– А в том, что мы оказались в канаве, вины Тома не было, сэр! – вмешалась девушка. – Он превосходно управлялся с коляской до тех пор, пока мы не встретили того злополучного ослика!

– Встретили ослика, значит? Что ж, это меняет дело, – заметил сквайр. – Во всяком случае, теперь у вас появился хоть какой-то повод для оправдания.

– Нет, не появился, – честно признался Том. – Мне следовало бы лучше править коляской, и я предпочел бы сломать себе обе ноги, чем позволить Тру растянуть сухожилие!

– Так-так! – протянул его отец, явно смягчившись. – Слава богу, что этого не случилось! Ладно, немного погодя я сам взгляну на его сухожилие. Откровенно говоря, я боялся, что обнаружу сломанные колени.

– Мистер Орде, – взволнованно обратилась к нему Феба, – умоляю, скажите мне правду! Папа знает, где я?

– Разумеется, знает! – отозвался мировой судья. – Ты же не думаешь, что я не сказал ему об этом, да?

– А кто подсказал вам самому, отец? – спросил Том.