Обольститель и куртизанка

Оливия отняла руку и без всякого интереса (в конце концов, это всего лишь еще один мужчина, кем бы он ни был) перевела взгляд на высокую фигуру, стоявшую рядом с лордом Каррингтоном.

Рассеянный взгляд Оливии, став пристальным, медленно скользнул вверх. Глаза ее встретились, с глубоко сидящими глазами цвета стали. Или быть может, это льдистый блеск придавал серым глазам графа выражение непреклонности? Оливии пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не дрогнуть под холодным пронизывающим взглядом этих глаз. Но Оливия Рейнз, прославленная лондонская куртизанка, умела держать удар. Может, ей и опостылела роль, которую приходилось играть, но исполняла она ее с блеском. Оливия знала, как обольстить, покорить и укротить мужчину.

Она вытянула вперед руку. Надменное, повелительное выражение ее лица нисколько не смягчилось.

Как чуть ранее лорд Каррингтон, граф учтиво склонился над ее рукой. Даже сквозь атласную перчатку Оливия почувствовала, как холодна его ладонь. На мгновение гул людских голосов в комнате вдруг затих. Сильные пальцы Эрита сжали ее руку, гордый наклон темноволосой головы выражал скорее властность, чем вежливость. По спине Оливии пробежали мурашки, сердце отчаянно заколотилось.

Господи, что это с ней? Оливия растерянно моргнула, стараясь стряхнуть странное оцепенение и вернуться к реальности.

Бесстрастное лицо лорда Эрита не выдавало ни его мыслей, ни чувств.

Так откуда же у Оливии появилась уверенность, что граф задумал стать ее любовником?

Его яркая красота завораживала. Куртизанка внимательно рассмотрела твердый подбородок, надменный прямой нос и густые черные волосы графа. И как это она его раньше не заметила? На такого мужчину стоило обратить внимание. Внушительный рост и блестящая внешность привлекали в нем не меньше, чем необъяснимая аура властности, окружавшая его словно броня.

Ленивым жестом, достойным королевы куртизанок, она подняла веер и томно обмахнулась, нарочно выставляя напоказ изящную роспись по шелку, где двое обнаженных мужчин и нимфа бесстыдно предавались плотским утехам. Эта ребяческая выходка доставила Оливии удовольствие; неколебимое спокойствие лорда Эрита вызывало желание, во что бы то ни стало смутить его.

Лорд Каррингтон покраснел и отвернулся. Взгляд лорда Эрита бесстрастно скользнул по вееру и снова остановился на лице Оливии. Серые глаза под тяжелыми веками оставались непроницаемыми, но куртизанка могла бы поклясться, что ее шалость показалась графу забавной.

— Как вам нравится в столице, милорд? — невозмутимо спросила она.

— Я с удивлением обнаружил, что она полна прелестей, — ровным тоном заметил Эрит.

«А-а, игра началась».

— Как мило, — отозвалась Оливия, не потрудившись сделать вид, что не поняла намека.